Призрачный зов

Хотим выяснить, почему оно кишит отпечатками памяти и как вам всем помочь.

– Отпечатки памяти… – задумчиво произнес Семен. – Это лучше пресловутых «призрака» или «привидения», но мне больше нравится, когда нас называют душами.

Я неожиданно для себя улыбнулся. Решил, что при жизни Семен был парнем наивным, непосредственным и очень добрым. Он боялся гнева чего-то зловещего, но все же помогал нам подсказками и отвлекался от насущных тем так быстро, что это даже удивляло.

– Мне тоже больше нравится называть вас душами, – наконец-то подала голос Зоя.

Семен улыбнулся, но следующая фраза, брошенная Рыжим, слегка озадачила его.

– А мне казалось, мы больше привыкли мертвяками их называть.

– Это относится только к плохим, Сань, – шикнула на него Зоя, отчего мы все не смогли сдержать улыбки. – Не обращай внимания, Семен, это определение тебе точно не подходит. Ты славный. Совсем как Катя.

В голосе Зои послышалась печаль. Думаю, мы все машинально сравнили Катюху и Семена. Он казался живым, чистой душой, какой и была наша подруга. Возможно, именно поэтому я не испытывал ни капли страха. Еще вспомнился Федор Ильич. Он тоже не пугал меня, вызывая лишь сострадание и сочувствие.

– Ну так… – нерешительно начал Семен, посмотрев на меня. – И как это будет?

– Упокоение? Ну… ты сам должен захотеть уйти, я полагаю. А затем мы просто обливаем отпечаток памяти святой водой и читаем молитву.

Семен задумался. Потом тяжело вздохнул, словно решался перейти черту и обрести покой, хотя не так уж сильно этого хотел. Парень отошел от меня на пару метров и улегся прямо на траву, сорвал травинку и зажал ее между зубами. Закинув руки за голову, Семен устремил взгляд на безоблачное небо.

– Что ж, бесстрашные, я готов отправиться в новое путешествие. Читайте молитву.

– Сначала информация, – запротестовал Глеб.

– Я уже наговорил вам сполна. Знайте просто, что не все мертвые плохие и не все – хорошие. А проклятие… мы называем это иначе. – Семен приставил ладонь ко лбу, прикрыв глаза от солнца. – Здесь, в Вороньем Гнезде, грань между миром людей и душами истончена. Проклятие ли это? Кто знает.

– Мы выяснили, что отпечатки памяти отвечают за здешнюю чертовщину. Иначе как проклятием это не назовешь, – парировал Глеб."

"Семен ничего не ответил, и каждый остался при своем мнении. Мне, как и Глебу, хотелось вытянуть из нового знакомого как можно больше полезной информации, но я понял, что это бесполезно. Раз уж Катюха не рассказала нам все, что мы желали знать, надеяться на Семена было глупо.

– Ладно, – откашлявшись, начал я. – Хочешь уйти на тот свет, держать не станем. Нам пригодились твои подсказки. Спасибо.

Семен улыбнулся, но быстро смахнул улыбку с лица, становясь серьезнее. Подозвал меня жестом руки.