Зов Лавкрафта (сборник) (СИ)

Вадим подался к окну, и, словно в кошмарном сне, за стеклом из темноты, едва освещенные светом высокого фонаря или огнями на крыше состава, проступили два бледных лица. Парень и девушка, попутчики.

Они смотрели на Вадима. Пялились. Их глаза — плоские, неподвижные — казались нарисованными. Парень стал поднимать руку, как если бы хотел дотронуться до стекла, но девушка перехватила ее за предплечье и медленно опустила. Что он хотел сделать? Почему так близко стоят, на чем?

Вадим видел только лица, они плавали в черном воздухе.

Надо поспать, надо постараться заснуть, и тогда ночь проскочит мимо.

А утром он будет на месте.

Поры кожи распахивались рыбьими ртами.

Я умру здесь, подумал он, превращусь в мумию с запавшими глазами.

Он сел, приложившись о потолок головой. Пополз к нише, стянул на полку рюкзак и принялся рыться. Да где же они!.. Упаковка влажных салфеток пряталась на самом дне, мелкая глубоководная тварь.

Он тщательно обтерся салфетками.

Помогло секунд на десять.

Нет, так больше нельзя, он не выдержит…

Коридорные лампы истекали бледно-желтым сиянием. Со стороны нерабочего тамбура доносились приглушенные чавкающие звуки. В купе проводников — дверь открыта, никого — на столике лежала книга. Вадим прочитал тиснение: «Материалы, подтверждающие существование Дьявола». Специфический выбор для проводника… для кого бы то ни было.

Неожиданно за спиной утробно зарычал титан, стальной бачок с бесплатным кипятком, Вадим вздрогнул и поспешил в тамбур.

Проводница выскользнула из туалета, преградила путь. Вадим вспомнил о воде.

— Можно минералки купить?

Скошенный подбородок дернулся вниз:

— Конечно. Пол-литровою, литровую?

Она долго копалась в служебном помещении.

Вадим покосился на выставленные на поддоне бутылки.

— Образцы, — сказала проводница.

Он пожал плечами, хотел было уйти, но остановился.

— Как это закончилось? Еще и половины пути не проехали.

Проводница развела руками.

— А что вы от меня хотите? У меня тут не завод.

— И что пассажирам пить?

— Могу кипятка налить.

Он спустился на подножку и вгляделся в кромешную тьму. Кто-то говорил в темноте, потом голоса стали отдаляться.

Вадим подсветил телефоном и спрыгнул на утрамбованный склон. Поскользнулся, но устоял на ногах.

Здесь хотя бы был намек на легкий ночной ветерок. Вадим перехватил щепотью футболку на груди и потряс, охлаждаясь. Глаза привыкали к темноте, и он различил слева какое-то здание. Наверное, вокзал.

Пошел на проступающий абрис.

— Двадцать минут, — крикнула проводница. — Далеко не ходите. Скоро откроются врата!

— А? — Он обернулся, но проем был пуст.

Врата? Послышалось, что ли?

Как беспокойные голоса, шелестела невидимая трава. Он выбрался на дорожку из камня, по которой наползал молочный слоистый туман.