Зов глубины

А ещё после побега предстоит объясняться с родителями… – Как-нибудь справимся, – сказала она, подбадривая больше себя, чем Леона.

– Нам понадобится удача.

– Может, моей хватит на двоих. Я родилась в воскресенье. У нас в Германии говорят, таким людям всегда светит солнце."

"– И как, оправдалась примета?

– Ну… – начала Карима и вдруг запнулась. Если подумать, ей очень даже повезло. Она почти выздоровела, учёба даётся ей легко, у неё славный отец и большая комната в красивом доме. Ей не приходится беспокоиться, хватит ли у родителей денег на аренду и еду, или переживать о будущем: она сама сможет выбрать профессию по душе. Ей вдруг показалось глупым жаловаться на жизнь во время каникул на острове сказочной красоты. Если у кого и есть повод корить судьбу, так это у Леона, но он и не думает ныть. – Пожалуй, оправдалась, – ответила Карима, вдруг заметив, что давно не чувствовала себя такой уравновешенной и довольной. Может, потому, что она вырвалась от матери… Или дело всё-таки в Леоне? Поначалу он казался ей таким странным, а теперь они лежат рядом в темноте и обсуждают, как раскачать мир. Внезапно Карима вспомнила, что́ Эллин рассказала о прошлом Леона. – Странно, что тебя усыновила не тётя, а Тим.

– Да, – с мукой в голосе согласился Леон. – У меня тоже не идёт это из головы. Ещё одна причина срочно поговорить с Тимом. Я уж не знаю… не знаю, что и думать… Мне кажется, я ужасно наивен…

Карима нащупала в темноте его руку, и их пальцы переплелись – как тогда, на складе «Бентоса II».

Она придвинулась ближе к Леону, и он, последовав её примеру, перевернулся на бок лицом к ней. В темноте она едва могла разглядеть его лицо, но ей хотелось его чувствовать. Карима осторожно погладила Леона по плечу и боку, и он обнял её. Карима ощутила щекой его дыхание, они соприкоснулись носами, а потом и губами – несмело, наугад. Карима чувствовала себя до боли счастливой. Как хорошо, что она сюда приехала, как же славно. Она прошептала его имя, а он в ответ снова её поцеловал.

Над ними высился величественный холодный небосвод.

Глубинная болезнь

День у Томаса Клервуда Венсена по прозвищу Тото не задался. Вчера во время сёрфинга его накрыло волной и мотало как в стиральной машине, а потом ещё доска ударила по голове. Принять бы аспирин – какого чёрта он оставил в шкафчике для медикаментов пустую упаковку?! А ещё это недоразумение с Кати… Неужели ей непонятно, что верность – понятие старомодное? Он, конечно, любит только её, но не отказываться же ему теперь от всех удовольствий!

Он мрачно просматривал электронную почту, читал то, что на острове Гавайи считалось новостями – один пресс-релиз скучнее другого, – размышляя, как состряпать из этого шлака «Гавайи Трибюн-Геральд».