Зов бедствия

Я последовал его примеру. Тоже тащил резко потяжелевшего урода уже из последних сил.

А затем нам в спину ударили новые гоблины.

Кошачья грация не спасёт, если ты не видишь удар. Поэтому я не сумел уклониться от летящего в спину ножа. Ещё шестеро патрульных прибыло как раз вовремя, чтобы вместо развлечения встретить смерть.

Удар майром снёс голову гоблину и бросил я свежее зерно, но оставалось ещё минимум пятеро. Твари не сразу догадались бежать, а когда поняли, что проблема вовсе не в двух людях, а куда глобальнее — было уже поздно.

Теперь нужно было разобраться с неудачниками в центре, во главе с шаманом.

Неужели этому старику удалось как-то победить призрака? Неожиданно. Или, он только как-то его изгнал отсюда? Хорошо бы, конечно, прикончил…

Я бросил взгляд на Рейна. Страж уже выхватил свой меч и приготовился к сражению.

Один из гоблинов принялся натягивать лук. Двое устремились к нему с копьями, а последние двое встали с мечами перед шаманом.

Тот бросил на меня полный искренней ненависти взгляд.

— Типир кыр! — он ткнул длинным крючковатым пальцем в мою сторону, и все гоблины выбрали главной целью меня.

Я пинком отшвырнул в сторону нападавших свежий разраставшийся куст. Не смотря на всю любовь к старейшине клана, зелёные отшатнулись. Все прекрасно видели судьбу сородичей, лезших в сторону красных зарослей. Сейчас лишь пара гоблинов где-то там ещё пыталась орать, пока корни пробирались к ним под кожу.

Гоблины паниковали. Двое всё же попытались прорваться через кровавый лес, но один попался в алые силки растения, а второй пал от руки стража. Третий попытался прорваться ко мне в обход, между двумя кустами, и ему это даже удалось. Но дальше грубая попытка насадить меня на копьё не удалась, и я пинком отправил атакующего к зарослям.

Последний гоблин, так ни разу не выстреливший лучник, жался к шаману о чём-то ныл на своём языке.

— Фтой. Штановиг. Миг! — шаман протянул руки вверх и сделал шаг назад. Глаза его были перепуганными до паники.

— Ты понимаешь мою речь? — заинтересовался я.

— Малое. Дру-жить! — человеческая речь в исполнении гоблина была отдельной формой пытки. Он каждую букву выговаривал, будто клинический идиот. Но сам факт, что существо пыталось поддерживать диалог, уже интересен.

— Оно разговаривает? — спросил Рейн, подходя ближе к шаману.

— Говорить, да! Миг! Друж-ба!

Мы со стражем переглянулись.

— Пусть второй бросит меч.. и ты всё магическое барахло сбрасывай тоже. Бубен свой точно бросай подальше.

— Да! Да! — шаман ухватился за лук сородича, грубо его вырвал и бросил на пол, а затем отбросил бубен с натянутой кожей, снял со спины длинный крючковатый посох, и отбросил и его.

— Рейн, приведи сюда живых пленников, пока они по глупости не полезли к кустам.