Мертвая зона

А ландшафтные дизайнеры — не нужны... Ну и мы тоже довыпендривались. Нам все завидуют, мы как бельмо в глазу, и каждый хочет на наше место. Поэтому нас с удовольствием принесут в жертву, если станем трепыхаться, понимаете? А я ведь говорил!.. Спасибо, конечно, что предлагают решить дело миром и за деньги. Но я считаю, продавать «батарейку» — гроб с гарантией. Задавят нас или нет, еще вопрос, а вот «Риддеркрафт» за такое кидалово всех сотрет в порошок. Единственный шанс уцелеть — быстро избавиться от яблока раздора, вернуть «батарейку» хозяину. Предлагаю так: бросаем работу, отступаем к ближайшему аэродрому, где может сесть спецборт. Выходим на связь с клиентом, объясняем положение, отправляем ему этот хренов ящик, а дальше уже с чистой совестью прикрываем лавочку. «Риддеркрафт» сам пускай разбирается, кто такой смелый, что посягнул на его барахло, а мы тихонько завяжем с ландшафтным дизайном — и, вероятно, останемся живы. Крукс хотел рискнуть и взять денег, теперь надо положить Крукса в холодильник. Вопросы есть?» Как тебе история? Веришь? Я сама не верила собственным ушам.

— Ну и кто нашелся такой смелый? Или провокация?

— Еще один проклятый вопрос! Как я его ненавижу! И ведь почти забыла! Жила спокойно, пока тебя не было! Зачем ты сюда приперся?!

— Я не нарочно, я в командировке... — заныл Леха тоном обиженного ребенка, но шутку то ли не поняли, то ли не захотели поддержать. — Извини.

— Да иди ты... Я уверена, что провокация. Я тебе уже говорила, мы все только пешки в сложной многоходовой игре. Но нет доказательств. И Барни не сумел ничего выяснить. Был бы жив Крукс... Барни убил его случайно, защищаясь, когда они повздорили. Отнимал пистолет — и голову прострелил идиоту. Ларс подтвердил, иначе были бы проблемы, у нас такое не приветствуется... Ну, Ларс потом тоже... Стал проблемой. Ладно, черт с ним. Обидно только, что без толку погиб. Очень многие умерли бесполезно. Допустим, ты убиваешь предателя, чтобы он не предавал больше. Это хорошо. Это нормально. Но исправить-то ничего уже нельзя! — почти выкрикнула она. — В смерти нет искупления, понимаешь? Смысл — может быть. Но искупления нет. И грехи твои не спишутся...

Она крепко стиснула руки."

"— Короче, все страшно запуталось. Но по факту главный вопрос стоял один — как будем отступать. Кто сделает вид, что он совсем не при делах, и удерет из Нигерии своим ходом через северную границу, — а кому оборонять «батарейку» и отвечать перед клиентом до конца. То есть, люди сразу восприняли положение серьезно. Никто не усомнился, что Барни решил правильно. Никто не обвинил его в трусости. Никто не думал об упущенной выгоде. Все хотели разрулить ситуацию. Но все недоценили кукловода. Вдруг заявился Винер собственной персоной, очень такой загадочный, он вечно задирал нос...