Мертвая зона

И боятся меня. И правильно делают. Я сумасшедшая. И я наркоманка, да.

— Перестань... — попросил он тихонько, опуская глаза и проклиная себя за недогадливость.

— А еще я последний «Ландскнехт», — сказала она неожиданно сурово, и Леха почувствовал знакомый прожигающий взгляд. — Хороший «Ландскнехт». Мертвый «Ландскнехт». Я тот самый наемник, что отступил в ад на перегруппировку. Увы, в моем персональном аду оказалось чертовски одиноко. Вот как это бывает на самом деле. Кто бы мог подумать, да? Дьявольски злая ирония.

Леха вздохнул. У него вдруг кончились слова. Вик не нуждалась в сочувствии, не нуждалась в одобрении; ей бы наверное пригодилось немного человеческого тепла — но ведь она его отвергнет. Она играла в мертвую наемницу и заигралась, — и кто ты такой, чтобы мешать ей?

Это ее способ оставаться живой, как ни парадоксально.

— Кто знает... — с трудом выдавил он. Просто чтобы не молчать. — Судьба.

— Скорее повезло. Знаешь, такое везение, когда другой бы сдох, а ты еще помучаешься, хе-хе... Опять стечение обстоятельств. Прихватило меня сразу, как мы приехали в Нигерию. Я пила обезболивающее, надеялась, что быстро закончим — и лягу на обследование. А было уже поздно суетиться и волноваться. Потом на одной деловой встрече у Муделе я как-то совсем расклеилась, он посмотрел — и забеспокоился. У него жена умерла от рака, неоперабельная опухоль... Вывез из города, положил в онкоцентр — и не хотел, чтобы я возвращалась. Но как я не вернусь, тут же наши в обороне, и меня врачи приговорили все равно... Знаешь, странное ощущение — вот сейчас рассказываю, — и будто не о себе. Ты сидишь такой... Как существо с другой планеты. И я себя веду с тобой как нормальная.

— Ты и есть нормальная!

Вик покачала головой.

— Не надейся.

— А на кого тогда надеяться? Ты единственный свободный человек в Абудже.

Вик подняла на него глаза, задумалась, и Леха снова увидел, как теплеют черные угольки.

— Умереть чтобы обрести свободу, да, в этом что-то есть. Неглупо... Но бесполезно. Ты чего так смотришь?

— А ты чего так смотришь?

Она фыркнула.

— Перестань. Не надо притворяться. Тебе меня жалко, а это совсем лишнее. Мертвых не жалеют.

— Вот же ты зануда! — вырвалось у Лехи.

Вик негромко хмыкнула, улыбнулась, почти рассмеялась и вдруг погрустнела.

— Это я должна сожалеть, — сказала она. — И я действительно искренне сочувствую. Не веришь? Нет, мне правда очень жаль. Но ты должен поверить на слово. Расслабься, живи и перестань суетиться. Ничего уже не исправишь. В конце концов, я была неплохим техником. То есть, понимаю, как работают всякие системы. И человеческие в том числе. Если я сейчас начну тебе объяснять, почему все бессмысленно и незачем дергаться, ты станешь упираться и возражать. Это пустой расход энергии. Можно придумать занятие получше.