Супергерой для Золушки

— Свои, — поспешно достала удостоверение и показала одному из представителей закона. — Что случилось?

— Самоубийство, — хрипло ответил тучный мужчина в форме. — Мужчина. Выпрыгнул из окна минут двадцать назад.

Подошла вплотную к склонившимся над кем-то коллегам и почувствовала, как слабеют ноги. Не от испуга. Мертвых я повидала достаточно. Просто голова закружилась от мыслей о том, что нужно было торопиться. Ведь было же какое-то предчувствие. Что-то же екнуло… Приехали бы мы хоть на полчаса пораньше… И все могло быть совсем по-другому…

Сильная рука Артема вовремя подхватила меня под локоть. Я до боли закусила губу, разглядывая лунные блики в открытых остекленевших зрачках Валеры. Наверняка, еще теплого наощупь. Мужчина лежал на спине, раскинув руки. Струйки крови расползлись в разные стороны, въедаясь чернотой в асфальт. Пижамные штаны смотрелись на нем нелепо, футболка с сальными пятнами на груди задралась, обнажая огромный, словно сдутый мяч, живот.

— Он был один в квартире? Уже выяснили? — Раздавался за спиной голос Руслана. — Камеры есть на подъезде?

— Интересно, а с каких это пор у нас самоубийцы прыгают из окна спиной вперед? — Прошептал мне на ухо Артем.

Я же просто молчала. Единственное, чем были заняты сейчас мои мысли, был один лишь вопрос: «Кто?»

Кто?

О том, что в поисках пропавшего мужчины мы вышли на Валеру, знали лишь свои — Олег, Руслан, Артем, Егор…

Кто предупредил о том, что нужно его устранить?

Кто это сделал?

В чем был замешан этот Валера?

Что он такого знал?

Все это предстояло выяснить и как можно скорее. Пока известно было лишь одно: доверять нельзя больше никому.

* * *Говорят, настоящая женщина должна вставать на час раньше, чтобы успеть привести себя в порядок. Наверное, я не настоящая, я — искусственная. Мне всегда казалось неправильным тратить на макияж и укладку целых шестьдесят минут своей жизни, и даже философия Ники и ее попытки избавления меня от комплексов не смогли изменить этого мнения.

Даже сейчас.

Даже когда в моей постели лежал этот прекрасный обнаженный мужчина.

Он спал, лежа на животе, уткнувшись лицом в мою подушку. А я, распустив после душа влажные волосы, сидела на краю кровати и, осторожно отодвинув краешек одеяла, рассматривала его спину."

"Местами багровые, темнее, чем вся остальная кожа, местами бледно-розовые разводы. Шрамы, сморщенные рубцы, уродливые стянутости. Они занимали всю верхнюю часть спины, заканчиваясь чуть ниже лопаток. Витиеватые, узорчатые, извилистые — страшные следы от ожогов. Если присмотреться к ним, как к огромному пятну, то можно было представить, как огонь пожирает кожу целыми лоскутами, как комкает ее, пережевывает и выплевывает кровавыми ранами обратно.

Мне не было противно. Нисколько.