Супергерой для Золушки

Потерла пальцами виски, прошлась по уставшим глазам. Самое плохое в этой работе то, что, поймав преступника, ты не можешь превратить его голову в мармелад, даже если это крайне необходимо для восстановления твоего психического состояния. Единственное, что можешь сделать — приложить все усилия, чтобы он потом долго и мучительно гнил в клетке за свои деяния.

Сняв линзы, умывшись холодной водой в уборной и убрав волосы в хвост, я теперь чувствовала себя вполне сносно. Потянулась, разгоняя усталость, и принялась варить крепкий кофе.

Крепкий — значит, нормальный такой крепкий кофе, от которого шторки в глазах прекращают закрываться, сердце гудит, как мотор гоночного болида, а тебя самого штырит, как наркомана, еще часа два. Адски черный, вязкий, густой — чтоб ложка стояла. Вот это кофе для неспящих на службе правоохранителей. Вот это варево, возвращающее к жизни после суток без сна. Это коктейль из плавленых автомобильных покрышек и гуталина со вкусом арабики.

Порох утром на планерке рвал и метал. Весь отдел, как и город, уже тоже стояли на ушах. Пресса, благодаря вмешательству и просьбам Грина, ограничилась лишь сухим сообщением о произошедшем, без лишних кровавых подробностей, но и этого было достаточно, чтобы всколыхнуть общественность.

— Держи, — поставила перед Артемом чашку с ароматным напитком.

— А где пенка с сердечком? — Спросил он, оторвавшись от бумаг.

Белки его глаз заметно покраснели, под ними темными кругами обозначились недостаток сна и чудовищная усталость. На смуглых щеках проступила темная щетина. Но улыбка… она по-прежнему освещала собой даже такой мрачный, почти траурный день.

— А где тогда мои чаевые? — Попыталась пошутить, но вышло как-то горько.

Гринев кивнул. Ему явно хотелось, чтобы я улыбнулась, но мне сейчас было не осилить подобное.

— Спасибо, что решила поухаживать. — Поблагодарил, подмигнув, и вернулся к работе.

— Пожалуйста. — Ответила хрипло. Вернулась к столику и взяла кружки для ребят. — Олег. — Поставила перед разговаривающим по телефону парнем кофе. — Руслан. — Подошла к оперу, внимательно уставившемуся в экран компьютера, и подала напиток.

— Спасибо, — кивнул тот, — запомню этот день. Когда еще мне следователь будет кофе подавать?

— Отметь красным в календаре, — усмехнулась, заглядывая в экран. — Довез вчера Нику до дома? Все нормально?

— Нику? — Оторвался Руслан. — А, ага. Проводил до двери. Забавная она до ужаса. И у нее, оказывается, такая симпатичная соседка… — Его щеки покрылись румянцем. — Вера.

Посмотрела на него пристально.

— Да-а. — И как я могла забыть, что ему нравятся брюнетки? — И свободная.

— Да?

— Ага.

И направилась к столику, чтобы взять свою кружку. Застыла возле окна, пытаясь собраться с мыслями и вдыхая аромат кофе.