Бунт османской Золушки

Исмаил готов был ее научить. Хоть он и был намного моложе, но с тех пор, как султан посвятил его в сладость плотской любви и требовал рассказов о постельных подвигах, распалявших его воображение, Исмаил познал многих.

Он жадно посмотрел на прикрытый непроницаемыми парчовыми занавесями от палящих лучей солнца дворцовый балкон. И вдруг заметил, как одна из них отъехала в сторону. Там, на балконе, кто-то стоял. Исмаил был уверен, что это Фатьма. Хотя многие из женщин, запертых в гареме, не прочь были на него поглазеть. Разумеется, тайно, так, чтобы он сам не мог их увидеть.

Но Фатьма не рабыня. Она султанша. И она молодая вдова, которая не прочь снова замуж. Исмаил хищно улыбнулся и тайком посмотрел на балкон. Она там! Смотрит на него. Исмаил невольно расправил плечи и потрогал кинжал на поясе. Прошелся под балконом взад-вперед. Ему даже почудился вздох женщины, притаившейся за парчовой занавеской на балконе. Зрение и слух Исмаила до предела обострились. Женщина… Госпожа… Которая привыкла повелевать, она для этого рождена. Царская кровь. О, как бы он смял ее своими руками и навязал бы ей свою волю!

– Эфенди… – он с досадой поморщился. Кто смеет мешать его свиданию с женщиной, пусть и призрачному? Они с Фатьмой чувствуют друг друга, их тела друг к другу тянутся. Она грезит о нем так же, как и он о ней. Эти мгновения такие сладкие…

Исмаил резко обернулся: рядом застыл в поклоне стражник. Тот самый, который заступил на караул у главных ворот сегодня ночью.

– Гонец, о котором вы спрашивали. Он прибыл под утро и сейчас спит.

– Почему сразу не доложил?!

– Не посмел вас будить, – все знали, как этот ичоглан близок к султану, и побаивались Исмаила.

– А надо было! – он дал стражнику еще несколько монет вдобавок к тем, что отсыпал ему ночью. – Гонец уже виделся с кизляр-агой? – спросил Исмаил как можно небрежнее. – Если так, то мне уже не о чем с ним говорить.

– Не знаю, ага. Он прибыл усталый, весь в пыли, еле на ногах держался. Попросил воды и пил так жадно, будто пересек пустыню. Он с ног валился, я сам видел. Спать пошел, а уж потом отправится к кизляр-аге с докладом.

– Молодец, – Исмаил хлопнул стражника по плечу.

Теперь надо найти комнату, в которой устроился на отдых посланник кизляр-аги и поговорить с ним раньше, чем это сделает глава черных евнухов.

– Что ты забыл в саду, паж? – кизляр-ага, возникший словно из-под земли, надменно смотрел на Исмаила. – Ищешь встречи с прекрасной султаншей? – он перевел взгляд на заветный балкон. – С огнем играешь, мальчишка. Вот узнает Повелитель…

– Я иду по делам, – Исмаил старался казаться спокойным. – Султан наверняка захочет щедро одарить девушку, которая доставила ему столько радости.