Золушка в шоколаде

Всю ночь я мучилась, у каждого из предложенных вариантов есть как отрицательные, так и положительные стороны. Заберите, люди добрые, кого захотите, избавьте меня от проблемы выбора!» Вот и Люся, видимо, решила продать дешево Романа. Впрочем, за такую личность много не дадут, уж очень страшненький.

– Пойдем, Петенька, – сказала мать и потащила мальчика к эскалатору.

– Берите, берите! – с горящими глазами повторяла продавщица, толкая в спину апатично молчащего Романа.

– Спасибо, мне мужчина не нужен, – заулыбалась я. – У нас дома и так двое, плюс мальчик Кирюшка.

Торговка хихикнула.

– Ты че! Только руку тебе продаст!

– Ой, мама! – испугалась я. – Вы его что, по частям раздаете?

Девушка закатила глаза.

– Вот и старайся для людей! Вместо «спасибо» еще и издеваются! Роман спец высшей категории. Эй, скажи словечко!

Бородач кивнул, опустил веки и вроде бы впал в анабиоз. Продавщица довольно грубо дернула его за вытянутый, не особо чистый свитер.

– Ну, говори! Видишь, клиентка стоит!

Роман медленно, словно большой варан, начал открывать глаза.

– Он замечательный специалист, – принялась рекламировать мужчину девица, – гадает лучше Ванги и…

– Вы женщина, – вдруг загробным тоном заговорил Роман.

– С этим заключением трудно не согласиться, – кивнула я.

– Относительно молодая.

– Совсем не старая! – рассердилась я. – Словечко «относительно» тут не к месту.

– Незамужняя.

– Видите, какой он проницательный! – закатила глаза Люся.

– Просто увидел, что на пальце обручального кольца нет, – хмыкнула я.

– Многие его не носят, – не сдалась Люся. – Не отвлекайтесь!

– У вас проблемы, – гундосил Роман.

– Любой живой человек обременен ими, – буркнула я и стала пятиться к эскалатору.

– Стойте! – вдруг гаркнул Роман. – Вижу, вижу, вижу!

– Что? – застучала зубами Люся. – Гомункулус, как у Таньки из обувного отдела?

– Нет, нет, нет, – завел Роман, – хуже! Черные астральные вестники, хихикающие всадники смерти… Остановить их может лишь красная рука!

– Лапка! – подпрыгнула Люся. – Купите ее скорей! Роман, не спи, вынимай!

Я пошевелила лопатками и попыталась сбросить оцепенение. Бородач тем временем достал из кармана железную коробочку, выудил оттуда листок, на котором красовался отпечаток пятерни, и протянул мне.

– Вот, держите. Сто долларов.

– Скорей хватайте, – зачастила Люся, – помогает от всего! Лапки у Романа синие, черные и красные. Последние самые действенные, их очень мало.

– Почему? – с издевкой спросила я. – Неужели трудно нарисовать еще? Впрочем, если самому лень, можно попросить детишек, им в радость бумагу пачкать.

Люся сначала замерла с раскрытым ртом, потом затрясла головой.

– Что вы такое говорите? Лапка – это особый оберег, он делается не один месяц.