Золушка вне правил

Вот обо всем этом я раздумывала, с комфортом двигаясь из дома в сторону дороги и мини- харчевни. Хотя зима и была здесь вполне полноценная, с холодами, ветрами, метелями, но большую дорогу не переметало, поэтому вполне можно было ездить на колесах. На полозья кареты и телеги ставили лишь в самом предгорье, где всегда снега было больше.

На площадку я приехала вовремя, скандал начинал набирать обороты. Харчевня работала, на площадке стояли, как минимум два обоза. В общем, народу полно. Но сейчас никто не обедал. Все, побросав свои миски, столпились в середине площадки, оттуда слышались вопли одного человека. Голос был мужской, но с какими- то бабьими подвизгиваниями. Я решительно направилась в толпу. Кучер Ганс, правильно поняв мои намерения, тут же ввинтился в толпу передо мной, освобождая мне проход. Народ ворчал, но оглядываясь, и видя меня, замолкал и расступался.

Некоторых обозников я даже узнавала. Вон, наш любимый дед- чахенец, который самый первый раз активно начал покупать наши гамбургеры, потом оставил нас без обеда, создал ажиотажный спрос на вязаные изделия и стиральные доски... Я уважительно кивнула ему, приложив руку к груди. Аништа сказала, что у них так принято здороваться с уважаемыми людьми. Дед расплылся в довольной улыбке.

Наконец, я пробилась в круг. Интересная картина там была. Почти посередине стояла растерянная наша фру Клара, а вокруг нее бегал яростно сопящий, невысокий мужик, какой- то перекошенный, что ли. Я пригляделась внимательнее, да, у него одно плечо выше другого. Сколиоз, что ли? Мужик показался мне смутно знакомым, видела его где- то вроде. А что он там орет? Клара молчит, теребит в руках край передника, выскочила из ларька, только накинув кожушок, не застегивая.

А мужик разорялся, играя на публику, заводя самого себя на истерику. Видала я такой тип людей. Дурак - самовзвод называется.

- Нет, вы посмотрите, люди добрые! Ведь разорила же, подчистую разорила! Последнего куска хлеба лишила! Детушек малых голодными оставила! Харчевню пришлось закрыть! Кухарку переманила, а та все мои рецепты заветные украла и теперь вот тут торгуют моим кровным! Нет, вы посмотрите, посмотрите, хоть бы слово сказала! Бесстыжая! Я ж ночей не спал, все придумывал, как народ вкусней накормить, а они все спокрали! Я найду на тебя управу! Вот как пойду к бургомистру, так он живо заставит все вернуть взад, и место это тоже заберу за мои страдания через то!

В толпе послышались смешки, видимо, они тоже узнали трактирщика. Я его вспомнила после слов о кухарке и закрытой харчевне. Это тот самый мужик, что выгнал персонал, в том числе и Аништу, решив продавать харчевню. Но при чем здесь я? Мы ещё и не начали работать, когда он закрылся.