Золушка из Преображенки

Тогда Надя списала все это на возраст и болезнь пожилой женщины. Посчитала, что так даже лучше – пусть мать верит, что с сыном ее все хорошо…

5

Реакция свекрови понятна стала позже, намного позже. Полтора года Надя маялась, обивала пороги милиции, требуя продолжать искать пропавшего, ночей не спала. Нет-нет да и закрадывалась мысль, что с Егоровым все хорошо, но все же не верилось, что он мог так поступить с сыном. С ней, возможно, да, но не с Колькой.

Оказалось, смог. Об этом ей однажды и вылепил молоденький, разодетый в новую форму следователь. Так и сказал: ""Прекратите истерики, мамаша. Муж ваш жив, он просто с вами общаться не хочет. Мы имеем право не разглашать его местонахождение"".

Надя, где стояла, там и села.

– Как это не хочет общаться? А ребёнок?

– Ну, знаете, я вам как мужик говорю: ребенком человека к себе не привяжешь. Вы бабы странный народ. Сначала рожаете для себя, а потом удивляетесь, что ваши дети никому не нужны.

– Да… да как вы смеете! – вскипела Надя, выходя из оцепенения.

– Но-но, гражданочка! Без личностей. Могу вам только посоветовать на алименты подать. Так можно, тем более что человек найден.

На алименты Надя не стала подавать. Она вообще теперь ничего не хотела слышать о муже. Хотела было развестись, но поняла, что предстоит дележ имущества, а там и скандалы, и сплетни. Кольке и так досталось, еще и это все… Зачем? Бог с ним, с Вадимом, пусть живет, где ему хочется. Раз таким гнилым оказался, то может и к лучшему, что не на глазах, не в одной деревне.

Сыну только сказала, чтоб не переживал, что жив отец, только живет в другой семье. А он и не удивился. Ответил по-взрослому, по-мужски:

– Мам, мой отец всё-таки погиб. А там я не знаю, кого нашли. Но это точно не он. Может, двойник?

Надя потрепала вихрастую голову, вздохнула. Вот и у сына свое сложилось мнение. Оправдывать мужа? Так и сказать нечего о его поступке, подлость чистой воды. А прошлые заслуги на фоне этого известия словно стерлись, смылись вешними водами, дождями, выплаканными слезами. Действительно, он для них, наверное, умер.

Так и остались они с сыном жить здесь, в Преображенке. Надя ходила на работу, Колька учился. Через год похоронили свекровь. Попрощаться приехали все родные, кроме Вадима. Обсуждали, шушукались, еле вытерпела.

Трудно было одной: и со скотиной нужно управляться, и на работу, после тяжелой работы в сарае, прийти свежей и отдохнувшей. Деревенская жизнь вообще к бабам юморная."

"Да и животину в итоге держать невыгодно оказалось. Пока мужик в доме был, пока всю тяжелую работу на себя брал, да корма дармовые привозил, – хоть какой-то в этом был смысл. А тут попробуй сама все успей, на зарплату и зерна курам купи, и ботинки Кольке каждые два месяца меняй – лапа-то вон как растёт, за всеми расходами не угонишься.