Корона из золотых костей

Кастил присоединился ко мне и обхватил меня за талию, пока я поглаживала шею Сетти. Глядя, как Киеран взбирается на лошадь, я спросила:

– Часто мне будут кланяться?

– Да, – ответил Киеран, беря поводья.

– А почему твоя мама так не сделала? – громко поинтересовалась я. – Я вовсе этого не хотела, но мне любопытно. Это потому что она беременна?

Я сомневалась, что она могла опуститься на колени, находясь в таком положении.

– Я сказал ей, что тебе будет неловко, если она так сделает, – ответил Киеран. – И то же самое говорил отцу.

У меня потеплело на сердце.

– Знаешь что?

Он посмотрел на меня, вскинув бровь.

– Что?

Я протянула руку и похлопала его по груди.

– Ты более чем нормальный.

– Теперь, когда я знаю, что ты считаешь меня более чем нормальным, я могу спать спокойно.

Его голос был суровым, как Пустоши, но я широко улыбнулась.

– Между прочим, когда такое произойдет снова, скажи: «Можете встать», – заметил Кастил, подталкивая Сетти. – Или, если хочешь чего-то менее формального, просто скажи: «Да» или поприветствуй по имени, если знаешь, кто перед тобой. И, прежде чем ты попросишь кого-то отбросить формальности, знай, что я тоже просил об этом многих, и ты видела, как это хорошо срабатывает для меня.

Вообще-то не очень хорошо.

Вздохнув, я прислонилась к нему, и мы выехали во двор. Вольвены – теперь четверо – следовали за нами на почтительном расстоянии.

– Чтобы попасть в поместье, не нужно ехать по оживленным частям города, – сказал Кастил, когда мы свернули на мощеную дорогу, окруженную высокими роскошными кипарисами. Вольвены быстро исчезли в густой листве. – Мы можем отправиться туда напрямик вдоль утесов. Люди будут встречаться, но не сравнить с тем, что мы видели вчера или когда только приехали.

Хотя я наслаждалась короткой прогулкой по Бухте Сэйона, в голове у меня царила неразбериха, связанная с предстоящей встречей с родителями Кастила.

– Спасибо.

Он поцеловал меня в щеку, а Киеран наградил его ироничным взглядом.

– Не позволяй ему убедить тебя, что его мотивы полностью альтруистичны. Он тоже не хочет, чтобы его приветствовали криками и долгими восхищенными взглядами.

Вчера их было более чем достаточно.

– Я такой стеснительный, – произнес Кастил.

– Правда?

Когда Кастил кивнул, я обратилась к Киерану за подтверждением.

– Он мне врет?

– Немного.

– Он понятия не имеет, о чем говорит, – заявил Кастил.

Его рука, покоящаяся на моем бедре, опустилась на живот, и он начал лениво выводить круги вокруг моего пупка.

– Думаю, я поверю Киерану, – решила я.

– Как ты смеешь? – поддразнил он, и моей шеи коснулись его острые зубы. Меня затопило жаром, и я дернулась. – Я очень застенчивый.

– И такой обманщик, – парировала я, глядя на высокие деревья.