Корона из золотых костей

Поэтому с жадным интересом наблюдала за танцующими вокруг костра, завороженная неистовой радостью, с которой двигались темные силуэты, переходя от одного партнера к следующему – и мужчины, и женщины, с тем же безрассудным самозабвением, которое мы с Кастилом разделили в саду. То, что я от них чувствовала, можно описать как освобождение, словно в танце они сбрасывали цепи, сковывавшие их разум и душу, и в этом обретали свободу.

От костра отделилась фигура и двинулась к нам. Делано поклонился в пояс. Его голые плечи блестели от пота, светлые волосы упали на лоб. Он протянул руку.

– Не хочешь потанцевать?

Я собралась принять приглашение, но меня охватила неуверенность. Будет ли это уместно?

Кастил прижался щекой к моей.

– Можешь потанцевать с ним. – Он ослабил руку на моей талии. – Можешь делать что хочешь.

«Можешь делать что хочешь».

Четыре слова, которых я большую часть жизни не слышала.

– Я… не умею танцевать.

– Никто не умеет, – с ухмылкой ответил Делано. – Пока не начнет. – Он помахал пальцами. – Так что скажешь, Пенеллаф?

Мой взгляд упал на танцующие вокруг костра фигуры, и во мне поднялось воодушевление. «Можешь делать что хочешь». Я выдохнула и, повернувшись к Кастилу, взяла его за подбородок. Притянув его к себе, быстро поцеловала.

– Я люблю тебя, Кас.

Он на миг сжал меня крепче.

– Повеселись.

Я повернулась к Делано и вложила руку в его ладонь.

– Поппи, – сказала я. – Называй меня Поппи.

Делано с улыбкой поднял меня на ноги.

– Давай потанцуем, Поппи.

Я последовала за ним к мятущемуся пламени. Меня обдало жаром от огня. Делано повернулся ко мне.

– Я и правда не умею танцевать, – извиняясь, сказала я.

– Посмотри вокруг. – Сцепив пальцы с моими, он положил мою руку себе на бок, а свою – мне на талию. – По их виду можно сказать, что они умеют танцевать? Разве у них не такой вид, будто они просто веселятся?

Я огляделась. Ничего похожего на то, что видела в Большом зале замка Тирман, когда, прокравшись по темным коридорам, тайком наблюдала за балами. Никаких строгих движений, и не у всех пары. Девушка с длинными светлыми волосами танцевала одна, вытянув руки над головой и ритмично покачивая бедрами. Мужчина с коричневой кожей – тоже один – двигался с текучей грацией. Одни кружили друг вокруг друга, другие танцевали так близко, что трудно было определить, где кончается одно тело и начинается другое. Я заметила Киерана с темноволосой женщиной. Ее золотисто-коричневые руки обвили его шею. Они были из тех пар, которые танцевали так близко, что в Масадонии начали бы сплетничать. Киеран приподнял партнершу и закружил, а она рассмеялась, откинув назад голову.

– Что ты видишь? – спросил Делано.

Оторвав взгляд от пары, я посмотрела на него.

– Они веселятся.

Он улыбнулся.