Корона из золотых костей

Меня совершенно не заботили мои ноги.

– Кастил…

– Я никогда себе не прощу, если ты не сочтешь свой первый душ таким же приятным и действенным, как ванну, – сказал он, и я подавила желание закатить глаза. – Но тебе лучше сесть. Ты… немного раскраснелась.

– Интересно почему?

Он от души рассмеялся, и я ненадолго задумалась, не ударить ли его, но решила этого не делать, хотя он наверняка заслужил это за свои поддразнивания. Я позволила ему усадить меня на скамью и удивленно втянула воздух, обнаружив, что все пространство затянуто легким туманом от падающей воды.

Кастил добавил в ладонь мыла и опустился передо мной на колени.

– Удобно?"

"Кивнув, я посмотрела между его ног. На него все это очень даже воздействовало.

– Хорошо. Твое удобство – это самое главное.

На его ресницах повисла вода. Он обхватил мою лодыжку и, глядя мне в глаза, с ухмылкой поднял мою ногу. У меня перехватило дыхание, когда он положил ступню себе на плечо. В такой позиции я… о боги, я была полностью открыта перед ним.

Прерывисто выдохнула, глядя, как его взгляд переместился к самому моему центру. Между его приоткрытых губ показались кончики клыков, и все во мне восхитительно затрепетало. Я прижала ладони к гладкой скамейке, а он провел мыльными руками по моей икре и потом по бедру. Я задержала дыхание, когда его пальцы дошли до складки между моим бедром и ягодицей. Он провел рукой по внутренней части бедра, задев костяшками пальцев самое чувствительное место. У меня весь воздух вылетел из легких.

Его рука остановилась там, и он поймал мой взгляд.

– Все еще удобно?

– Да, – прошептала я.

На его лице появилась жестокая чувственная улыбка, и мое тело охватило сладкое напряжение. Водяной туман ласкал мою кожу. Он провел рукой обратно. Закончив, поставил мою ногу на пол и поднял другую. Моей нагретой плоти коснулся прохладный воздух. Кастил проделал то же самое и с другой моей ногой, намылив пальцы ног, подошву, а затем двинувшись выше. Я напряглась в предвкушении, как натянутая струна, сердце заколотилось, когда костяшки его пальцев опять задели мою сердцевину. Проведя по всей длине ноги, он стер мыло и, склонив голову, поцеловал неровный шрам на внутренней стороне колена.

Обхватив мою икру, Кастил не поставил ступню на пол, а придвинулся ближе, плечами раздвигая мои ноги.

Мое сердце замерло, а глаза расширились. По мне пробежала волна мелкой дрожи. Даже в то утро, когда он проснулся от кошмара и был близок к тому, чтобы потерять себя в жажде крови, я не была так открыта перед ним. Трепет переместился из груди в живот.

– Ты… по-прежнему проявляешь основательность? – Мой голос прозвучал хрипло.

– Да. Кажется, я пропустил. – Он поцеловал место над старым шрамом. – Кажется, я вижу много мест, которые пропустил.