Золотой ключик для Насти

Эх, ну что за жизнь? Перспективы – одна лучше другой. Даже не знаю что выбрать.

– А четвёртого варианта случайно нет? – спросила шепотом, взглянуть на Рогора так и не решилась.

Недолгую тишину нарушил протяжный звук рога, тут же послышался топот, кто‑то забарабанил в дверь.

– Армия Ремвида, – со злостью констатировал мой благодетель. Зарычал. – Почему так рано?!

Он дёрнулся к двери, но тут же развернулся, ухватил за локоть и потащил вглубь спальни. Я не сопротивлялась. Я почти сроднилась с этой злосчастной кладовкой, и даже жесткая кровать уже не пугала.

– Сиди здесь! – приказал горанец, будто у меня был выбор. И, конечно же, запер.

Чёрт. Я уже ненавижу двери. Все до единой!

Глава 25

Но расслабиться я не успела. Не прошло и пяти минут, как злосчастная дверь распахнулась и на пороге возник Санаминэль. Статный маг, укутанный в белую мантию, глядел бесстрашно, с вызовом. Нашел перед кем выпендриваться, блин.

– Чего тебе? – без тени любезности спросила я.

Ответом послужила протянутая рука.

За спиной Санаминэля маячило ещё несколько фигур. Все в белом, как какие‑нибудь сектанты, честное слово.

– Рогор тебя порвёт, – буркнула я. Но встать и последовать за магом всё‑таки пришлось.

Уже на ходу сообразила, что никакой армии под стенами нет. Ремвидцы не могли добраться так быстро. Это, скорее всего, иллюзия. Однако быстро же эти ребята учатся.

Санаминэль шагал рядом, крепко держал за руку. В затылок дышали ещё шестеро. Мы миновали несколько пустынных коридоров, спустились в подвал.

И снова двери. Чёрт, да меня уже трясёт от одного вида! Чёрт!!!

– Это что? Тюрьма? – выпалила я, скрывать злость даже не пыталась.

Маг, наконец, снизошел:

– Да.

– Зачем? – я зверела с каждым шагом, но продолжала подчиняться. Против семёрки боевых магов мы с колечком не выстоим, это знала наверняка.

– Посидишь тут, пока не разберёмся с кораблём, – Санаминэль галантно ввёл меня в одну из камер, чуть поклонился."

"На то, что горанские воины, назначенные для охраны тюремных коридоров, стоят столбами и не дышат, я внимания не обратила. На заледеневших у решетчатых окошек заключённых – тоже. Меня только тишина смущала. Будто не в тюрьме оказалась, а в склепе. Даже мышиного писка не слыхать.

– Зачем? – с усмешкой повторила я. – Что вам от меня нужно, Санаминэль?

Паршивец в белом балахоне не ответил. Учтиво поцеловал руку и вышел вон. От лязга задвигаемого засова меня передёрнуло, а щелчок навесного замка привёл в бешенство. Напоследок меня одарили добродушной улыбкой, сквозь зарешеченное смотровое окошко. Гад!

Несколько минут стояла посередине камеры и пыталась дышать. Просто дышать, потому как ярость застилала глаза и напрочь лишала способности мыслить. Единственное что могла в тот момент – броситься на дверь.