Золотой воин

Справив нужду, фон Крисп вышел в коридор и почувствовал себя хуже, похмелье неотвратимо подминало его всей тяжестью выпитого накануне.

– О-о-о… – простонал он и, придерживая исподние штаны, направился к лестнице.

Увидев постояльца в исподнем и с мечом в руке, слуга перепугался и выронил дрова, наделав шума. А капитан сел на замасленный табурет и сказал:

– Давай полбутылки хереса и… кисленького чего нибудь. Ну, ты знаешь.

– Сейчас будет, ваша милость! Я мигом!

Слуга сбегал в холодный подвал, принес все необходимое и, подав постояльцу, отступил к печке.

Фон Крисп вылил вино в большой кувшин с мочеными ягодами терна, разболтал смесь ложкой и тут же отпил едва ли не половину получившегося напитка.

Посидел немного и вскоре почувствовал некоторое облегчение.

– Спасибо, братец, выручил, – сказал он и, поднявшись, пошел к себе наверх.

Не успел капитан дойти до комнаты, как из нее выскочил Крафт и помчался в нужник.

Фон Крисп подождал в коридоре, пока тот вернется, и, вручив ему кувшин, сказал:

– Попей сам и занеси Питеру. Посмотри, как он там.

Крафт запрокинул голову и стал жадно пить, прерываясь, чтобы сплюнуть в сторону терновую косточку. А капитан пошел одеваться, не решившись лично заглянуть к Питеру после вчерашнего случая. Кто знает, может, это были лишь пьяные видения? А если не видения?

Однако все обошлось, вскоре Питер появился в коридоре вместе с Крафтом и выглядел не страннее обычного.

– А ты чего вчера девушек распугал? – спросил его капитан.

– Я распугал? – искренне удивился Питер.

– Ну да, – подтвердил Крафт. – Они выскочили от тебя с юбками в руках и кричали: «У него вот такой!»

И Крафт продемонстрировал придуманный им жест.

– Я ничего не помню.

– Что значит не помню, ты и выпил-то меньше всех!

– Господа, вода для ванны готова, кто пойдет первым? – спросил снизу слуга.

– А вот Питер первым и пойдет, а то мы еще не в форме, правильно, ваше благородие?

– Не возражаю, – ответил капитан.

Еще до завтрака все трое приняли горячую ванну, а затем фон Крисп потребовал оставшуюся половину бутылки хереса и почти в одиночку выпил ее за завтраком – Крафт ограничился парой глотков.

После завтрака капитан объявил хозяину, что они съезжают.

Тот сделал расчет, получилось, что за постой и услуги с гостей причиталось полтора рилли, за завтрак и бутылку хереса – полный рилли, а также еще один рилли за «битье лица владельца гостиницы».

Почти со всеми перечисленными пунктами фон Крисп согласился, но последний очень его рассердил.

– Да где же тут целый рилли, я вас спрашиваю? – требовал он ответа.

– Так вот же, ваша милость, я вам и показываю свое лицо – синяк под глазом и нос набок. Разве мало рилли за такое увечье? – плачущим голосом жаловался хозяин.