Золотой стриж

Бумага медленно повернулась вокруг своей оси, показывая обе стороны. Несколько секунд Маг смотрел на бумагу без интереса, с какой-то мрачной скукой, неуместной на его красивом лице, а потом вдруг замер. Потрясенно, ошарашенно, как человек, на которого обрушилось известие, с которым трудно справиться.

– Что? – выдохнул Нил, но Маг будто и не услышал. Он сделал плавный, короткий жест, будто смахивал что-то с листа, не касаясь его, – и с бумаги вдруг слетели все значки. Нил приоткрыл рот. Значки на глазах начали расти, уже не черные, а золотистые, будто магия раздувала их изнутри, – и скоро они висели перед ними бесплотной стеной, а пустой лист бумаги упал на землю. Маг погладил ближайший знак – тот теперь был размером с крупное яблоко, – и по золотой поверхности пошла рябь.

– Где ты это взял? – пролепетал Маг, и до Нила дошло, зачем он увеличил знаки: чтобы их увидели остальные.

Знаки поблескивали, отражая солнечный свет, и жители затихли, вглядываясь в них.

– В озере, – сказал Нил, понимая, как же глупо это звучит. – Это подсказка, где искать место силы. Ты… Ты понимаешь, что тут сказано?

– Нет. Мы не умеем читать, у нас нет своего письма. Но…

– Вопрос не в том, что написано, а в том как. Он хотел, чтобы я… – Маг бессвязно бормотал, мгновенно растеряв свою веселость. – Я думал, это глупая идея. Он ушел, а я не успел ему сказать, что совсем не глупая. – Маг через силу улыбнулся и подул на знаки. Их отнесло ветром, перепутало. – Нет, нет, нет. Давайте забудем. Рисковать и ошибаться – это одно и то же. Мы не будем искать то место. Все будет хорошо, мы тут в безопасности, просто нужно надеяться, что все само утрясется, и…

– Говори, что это, – отрезал Кадет.

Он подошел к Магу вплотную, не обращая внимания на попытку Нила его остановить. Вот сейчас у него было лицо настоящего Ястреба: только цель, только работа, нам не до шуток, жалкие людишки. Нил попытался оттянуть его назад и с ужасом понял, что Кадет сильнее его раз в десять: Нил весь вспотел, дергая его за локоть, а Кадет даже с ноги на ногу не переступил.

Маг покачал головой. Под его взглядом знаки медленно съеживались и ложились обратно на лист, пока бумага не стала такой же, как раньше.

– Тебе когда-нибудь делали больно? – вежливо спросил Кадет.

– Нет, – удивился Маг.

– Ты сейчас объяснишь, что такого в этой бумаге. Или будет больно.

– Так, все. – Нил кое-как вклинился между ними. – Я тебе приказываю: успокойся. – Тут он сообразил, что Кадет-то как раз абсолютно спокоен, и исправил себя: – Ничего не делай. Это приказ.

К чести Кадета, тот целую секунду размышлял. Маг за спиной Нила мелко вздрагивал, растерянный, выбитый из колеи.

– Нет, – наконец выдал Кадет, и Нил вдруг понял, что холодом от него веет сильнее, чем пять минут назад.