Золотой стриж

В Селении имен никто не называл – либо номера, либо прозвища, и Нил не знал, что лучше: «Игрок Шесть Четыре Пять Два» или, как называли его в любой команде, куда он попадал, – «Неудачник».

– Золотой стриж – теперь – мое имя, – заявил он, слегка отстранившись, чтобы удобнее было говорить, потому что Маг все еще прижимал его к груди, хлопая по спине.

Маг просиял. Он и вообще все время улыбался – мягко приподнятые углы рта, ямочки на щеках, – но тут у него даже лучики около глаз собрались.

– Все верно делаешь, – выдохнул он. – Настоящее имя волшебнику лучше скрывать.

Нил глянул на Кадета, проверяя, чем он занят. Тот сверлил Мага взглядом, от которого у Нила волосы дыбом встали. Весельчаком Кадета никто бы не назвал, но он ни разу еще не выглядел так, будто сейчас действительно начнет убивать.

– Ты… ты волшебник? – спросил Нил, передвигаясь так, чтобы отгородить Мага от возможного покушения. – И сколько вас тут?

– Строго говоря, один, – пояснил Маг, с детской гордостью указывая большими пальцами себе в грудь. – Для магии нужен запас анимы и умение ею управлять. Ты, например, ужасно богатый, но расточительный: потратил во много раз больше, чем нужно, прямо воздух искрит! – Он помотал ладонью у Нила перед лицом. – Но умеючи можно даже из крошки анимы создавать чудеса. Видел бы ты, что мог учитель! Он был Магом этих земель. Ушел два года назад, завещал мне титул. – Лицо Мага чуть омрачилось, но он тут же снова улыбнулся. – У нас у всех тут анимы немного, но мы соединяем запасы, и я направляю их на то, что нужно. Правда здорово?

От восторга он встряхнул Нила с такой силой, что у того мотнулась голова.

– Прекрасно! – выпалил Нил, невольно перенимая взбудораженный тон собеседника.

– Почему волшебник – ты? – вдруг спросил Кадет. У Нила челюсть отвисла – он не ожидал, что из всех вопросов, какие можно задать, Кадету будет интересно именно это.

– Когда появился купол, учитель решил выбрать ребенка, которому передаст свои знания. Я был совсем мелкий, и у меня были… были неприятности. – Маг прикусил губу, но тут же просиял снова. Кадета он словно и вовсе не боялся, говорил с ним, как с обычным человеком. – Он нашел меня, устроил всякие волшебные испытания. Сказал, что у меня сильная анима. Обучил всякому. Он столько всего знал! Много скучного, но это ничего, я учил только интересное.

– Да уж, – процедил Кадет. Он выглядел ужасно злым и разочарованным: наверное, по-другому представлял себе великих золотых волшебников. – Единственный маг в единственной земле золотой магии – сопляк, у которого даже борода не растет. В центре оценили бы эту историю.

Маг посмотрел на него с любопытством, удивленно, как на новую игрушку.