Золотой пленник

Слуга продолжал сыпать в речку желтоватый порошок, а Питер уже другими глазами посмотрел на взбаламученную лошадьми воду – теперь он видел в ней неясные пугающие образы.

Вдоль другого берега речушки разъезжал верхом Рудвар. Иногда он придерживал коня и рассматривал что-то на мягкой глине.

Поскольку выезд из балки оказался достаточно крут, все десять пеших охранников помогали лошадям, выкатывая наверх по одному возу. Последней паре телег еще только предстояло преодолеть водную преграду, и возницы ждали, когда на другой стороне освободится место.

– Давай! – крикнул им Ниман, первый погонщик взмахнул кнутом, и телега двинулась к противоположному берегу, однако неожиданно лошади захрапели и начали шарахаться в стороны, грозя перевернуть телегу.

Рудвар погнал коня в воду, поднялась паника, речку взбаламутили, но общими усилиями животных удалось успокоить. Выяснилась и причина их испуга – течение волокло по неглубокому дну труп.

Захлестнув его бичом за ногу, Рудвар выволок находку на берег.

Ломовые лошади храпели и дико косили глазами – пришлось побыстрее выводить их из балки, привычные ко всему мардиганцы только перебирали ногами.

– Кто это? – спросил Нух Земанис, подходя ближе. Питер из-за его плеча смотрел во все глаза, он еще ни разу не видел утопленников.

– Пару дней назад был еще жив. Белье дорогое – значит, человек не бедный был.

Перевернув тело сапогом, Рудвар обнаружил торчавшую из его спины обломанную стрелу. Выдернув ее, он ополоснул наконечник в воде и показал зазубренное, словно рыбий зуб, жало.

– Карсаматы… – сказал один из пеших охранников, и его слова прозвучали пугающе.

С этого момента условия изменились. Двадцать всадников Рудвара были поделены на пятерки, они поочередно уносились то влево, то вправо от дороги, проезжали пару миль и возвращались, чтобы доложить, что все спокойно или об увиденных следах. Судя по этим следам, в округе хозяйничали небольшие отряды карсаматов – по десять-двадцать всадников. То, что это были именно они, сомневаться не приходилось: на подковах их лошадей имелись отличительные знаки в виде цветка степной колючки.

Ночи стали настоящим испытанием, возы приходилось ставить кругом – на случай атаки, люди почти не спали, вслушиваясь в шорохи и держа наготове оружие.

Питер просил, чтобы ему тоже дали меч, но дядя снова вмешался, сказав, что это не их дело.

– Будь спокоен, Рудвар знает свое дело, однажды при Импаке он самолично зарубил двенадцать берберов.

– В прошлый раз, дядя, вы говорили, что берберов было восемь.

– Это не имеет значения, главное – Рудвар надежный человек, а в округе не сыщется и двух десятков карсаматов, те же, кто есть, – лишь трусливые дезертиры.