Золото мертвых. Дворянин

Рудный пласт шёл в виде тонкой, в метр толщиной полосы – где-то ближе к поверхности земли, где-то дальше от неё.

Купец согласился рудники с медеплавильным заводишком продать, однако цену заломил несусветную – восемьсот рублей серебром. Они долго торговались, и Андрею удалось сбить цену до пятисот рублей, причём торговался он с выкладками на руках. Ведь он приготовился, дал мастерам по пять копеек, чтобы те выдали ему мощность каждого рудника. В сумме они давали не больше тысячи пудов меди в год, но начинать с чего-то надо было.

Они ударили по рукам. Купец написал купчую, Андрей отсчитал деньги.

Приняв производство, он оставил прежние порядки и оплату – четыре копейки за рабочий день, зато перестроил работу медеплавильного завода. Раньше на нём рабочие выплавляли медные слитки, делали медную посуду и домашнюю утварь – вроде подсвечников. Андрей распорядился лить пушки.

Поскольку они делились по мощности и калибру, Андрей решил начать с маленьких, двухфунтовых. При Петре калибр определяли не диаметром ствола, а весом чугунного ядра. Кстати, такая же система калибров сохранилась для современных охотничьих ружей, а англичане пользовались ею даже в период Второй мировой войны для современных нарезных пушек.

Мастеровые сделали формы, отлили – загвоздка вышла в сверловке. Вчерне ствол имелся, но требовалась чистовая обработка, инструменты.

И выход нашёлся: Андрей просто переманил высоким, вдвое выше прежнего, жалованьем мастера с Пыскортского медеплавильного завода, что был при Кутгортском и Григоровском рудниках. Для изготовления деревянных станин он набрал плотников.

Несколько пушек были уже готовы, и требовалось их испытать. Андрей не поленился съездить за восемьдесят вёрст в Казань, купить пятьдесят пудов пушечного пороха и железных ядер. Пятью нанятыми подводами он перевёз всё в Кукмар. Подводы сопровождал сам, чтобы ни один бочонок не пропал и не попал под дождь.

И вот наступило время испытаний. Пушки вывезли за деревню. Андрей сам засыпал мерку пороха, забил пыж, прибил банником и закатил в ствол ядро. Мастеровые смотрели за его действиями с интересом, ведь раньше они о пушках только слышали.

Андрей взял раскалённый на костре железный запальник, напоминающий по форме кочергу, и, перекрестившись, поднёс к затравочному отверстию. У пушек стоял он один, работников благоразумно попросил отойти на тридцать шагов.

Бабахнуло здорово, аж уши заложило. Пушку окутало дымом, запахло серой от сгоревшего пороха.

Когда дым снесло ветром в сторону, Андрей бросился осматривать медный ствол. Слава богу, он был цел. Андрей снова зарядил пушку – на этот раз полуторным зарядом пороха. Ежели она выдержит, испытания можно считать успешными.