Лишнее золото. За гранью джихада

Тут Бальмонт прав, и это не преувеличение! Женская половина нашего городка без ума от отца Климента.

Наши отношения с этим священником можно назвать странными. Мусульманин и католик, которые встречаются, чтобы посидеть за бутылкой вина или партией в шахматы. Иногда, зацепившись за какой-нибудь исторический факт, спорим о Библии и Коране. Наши споры бессмысленны и, как правило, бесконечны. Я не настолько религиозен, чтобы искать в этих разговорах какой-то богословский смысл, а падре достаточно мудр, чтобы не изобличать мою необразованность. Это скорее сравнительный анализ, не более.

– Доброе утро, падре!

– Добрый день, Карим!

– Керро говорил, что вы меня искали?

– Да, – он кивнул, – заходил сегодня.

– Мы давно не виделись. Хотел тебе напомнить, что у нас одна незаконченная партия в шахматы.

– Помню, – усмехнулся я и развел руками, – думал, что вы уже сдались.

– Не в этот раз. Зайдешь сегодня?

– Увы, но сегодня никак не получится. Сестра приехала, и дел по горло.

– Кто понял жизнь, тот не спешит. Отложи дела на несколько часов. Надо поговорить.

– Стряслось что-то серьезное?

– Да, можно сказать и так. Я бы не хотел афишировать эту проблему.

– Полагаю, что да. Кстати, это касается Матео и его матери.

– Да-да… – Он еще раз кивнул и попрощался. – Жду тебя вечером.

Вот это встреча! Передо мной стоял Майкл Беннет. Да, тот самый оружейник Ордена, с которым мы десять лет назад отбивались от банд в Аламо. Последний раз встречались в Порто-Франко. Случайно столкнулись на несколько минут и даже поговорить не успели. Если память не подводит, то это было лет пять или шесть назад. С тех пор он немного погрузнел, но взгляд – такой же. Изучающий, слегка насмешливый и немного настороженный. Он, как и прежде, излучает силу, которая незнакомых людей настораживает. Загорел, но выглядит молодцом, как и в былые годы. Широкополая шляпа, рубашка, расстегнутая до живота. Потертые джинсы и светло-коричневые армейские ботинки с высоким берцем. Из кобуры выглядывает кольт правительственной модели. И все так же жует табак, не изменяя ни вкусам, ни привычкам.

– Ты все такой же, старина!

– Да и ты не изменился, старый развратник! – сказал он и захохотал.

– Так это ты меня искал?

– А кто же еще? Или тебя тут постоянно разыскивают? Узнаю Карима Шайя! Вечно кому-нибудь дорогу переходит! Рассказывай, кому успел на хвост наступить?

– Вроде таких нет, – пожал плечами я и, усмехнувшись, добавил: – Среди живых. Просто мне уже сказали про какого-то хмурого гринго, который ходит по Виго и пугает своим видом моих осведомителей.

– Ты уже «оброс шерстью»? Личные осведомители и все такое?

– Да, слышал, что ты забросил оружие на полку и начал делать безделушки для девушек.