Золотая дева

И стояла она уже не понуро – воинственно расправила плечи, скрестила руки на груди. Патетически молвила:

– Вы представляете – взрослая женщина, мать, и настолько безответственно себя ведет? В собственном доме, практически на глазах у ребенка, развлекается с любовником!..

– А где в тот момент находился муж Елены? – деловито поинтересовался журналист.

– Макар Миронович уехал на переговоры. Вернулся в тот день только к обеду, – откликнулась няня.

– Вы рассказали ему об утреннем происшествии?

Анастасия замялась. Вновь опустила голову.

– Так да – или нет? – не отставал интервьюер.

– Ну… Макар Миронович… я не хотела его расстраивать, конечно… но он ведь и раньше обо всем догадывался… Да и нужно же, чтобы хоть кто-то Елену на место поставил! А то ведь совсем зарвалась! – возмущенно закончила няня.

Экран погас и через долю секунды высветил лицо ведущего. Тот развел руками и произнес:

– Как говорится, без комментариев. Смотрите в нашей следующей программе…

Кася выпустила пульт из рук. Пробормотала:

– Во, дела!..

Маша растерянно спросила:

– Это… действительно правда?..

– А я знаю? – задумчиво произнесла горничная. – Про журналы – точно брехня. Я в гостиной всегда убираю и никакой там «Камасутры» сроду не видела. Только альбомы с картинами. Голые тетки, конечно, встречаются – но то ж типа искусство…

– Да бог с ними, с журналами, – отмахнулась Мария. – А что фигурист?"

"– Ну… Тоже как-то странно, – наморщила лоб Кася. – В дом он к нам, если приемы какие, приходил, конечно… А иногда и после тренировки вместе с Ленкой приезжали, чай пили. В гостиной. Но чтобы в спальне… И прямо трахаться… да еще дверь при этом не запирать? Нет, такого не видела. Да и зачем это хозяйке? Гостиниц, что ли, нет? К тому же Илюшин – холостяк, у него квартира своя имеется… Да и у Кривцовой в городе есть жилье.

– Что поделаешь, если именно здесь им приспичило? – возразила Маша.

– Да всяко бывает, – задумчиво произнесла Кася. – Я могла пропустить, конечно… Но только чтоб Настька увидела такое и промолчала? Да ни в жизнь! У нее язык вообще без костей. Сразу бы доложила – всем нам.

– Может, испугалась просто такое рассказывать, – пожала плечами Маша.

– Она бы все равно сначала рассказала – и только потом бы корить себя начала, что выболтала. Характер такой… – уверенно произнесла Кася.

– Слушай, – задумчиво спросила Маша, – а когда, интересно, была сделана эта запись?..

– Я откуда знаю? – вскинула брови горничная.

– Ну, хорошо. А когда этот фигурист последний раз в дом приходил?

Девушка задумалась:

– Ну… С месяц назад где-то… Еще Настька работала… И выходной день был. Суббота, кажется…

– А убили Настю?..

– Через день. В ночь на понедельник, – эхом откликнулась Кася.

– Запись, видимо, сделана в воскресенье.