Золотая башня

Аарон шумно и неглубоко дышал, будто был на грани панической атаки.

– Кажется, у нас получилось, – сказал Колл, когда они зашли в общую комнату. – Осталось только пройти через Последние Врата. Закончим Магистериум и избежим тюрьмы.

Аарон медленно кивнул и с протяжным вздохом сел на диван.

– Будем надеяться, что Врата Золота нас пропустят. И спасибо вам, что вернули меня к жизни. Немного странно это говорить, но ещё страннее было это провернуть.

Тамара пихнула его в плечо.

– С возвращением, – сказала она, и он в ответ обнял её.

Они оба улыбнулись, и Колл тоже не мог сдержать улыбки.

– Как ощущения? – спросил Колл. – Вновь быть целиком и полностью живым?

Аарон повернулся к нему, и, хотя это было лицо Алекса, проглядывающий сквозь него дух Аарона невозможно было не узнать.

– Имеешь в виду, больше не мешаться в твоей голове? Ощущения немного странные, будто это тело – костюм, который пока не совсем мне по размеру. Но здесь хорошо и тихо. Жить у тебя в голове – это постоянное пребывание в вихре из самокопания, упрямства и идиотских идей. – Он перевёл взгляд на Тамару. – Серьёзно. Ты бы видела те, о которых он не говорит вслух. Взять хотя бы тот план по борьбе с Алексом, включающий в себя сжёванную жвачку, скрепки и…

Все трое скрылись в своих спальнях. Хэвок спал на кровати Колла, лапами кверху. У Колла ёкнуло сердце: кто позаботится о волке, если он не пройдёт через Последние Врата? Он погладил Хэвока по голове, стараясь ни о чём не думать, и подошёл к шкафу.

Внутри висела чистая тёмно-красная форма Золотого года. Ту, что была на Колле, носить было невозможно: она была вся в грязи и крови. С какого-то мгновения их переходы с одного года обучения на другой стали крайне смазаны. Это будут не первые Врата, которые они пройдут отдельно от всех остальных одноклассников. Но они станут последними.

Переодевшись, он взял кинжал Мири, лежавший на прикроватном столике, и прицепил его к поясу. Колл был готов.

Или нет. В дверь постучали, и в комнату скользнула Тамара. На ней тоже была форма Золотого года, щёки раскраснелись, а волосы убраны в косу на затылке. Колл подумал о том, как она красива, и с облегчением отметил, что в кои-то веки никто в его голове над ним не смеётся. Ему достаточно было просто смотреть на Тамару и думать, как сильно он её любит. И даже если она никогда не ответит ему взаимностью и даже если это «никогда» начнётся сегодня, – пока она будет ему другом, всё будет хорошо.

– Я пришла, потому что мне нужно тебе кое-что сказать. Я не могла сказать тебе этого раньше.

Колл тут же напрягся.

Она подошла к нему вплотную и поцеловала.

На мгновение Колл испугался, что из-за шока не сможет пошевелиться, но волноваться было не о чем. Он обнял Тамару и поцеловал её в ответ, и будто воспарил.