Веселый Роджер – знамя вора

А теперь иди, я хочу спать. Мне казалось, что у нас ничего не получится.

Джефри Джельтмен направился в оранжерею.

– Митхун, – позвал он. А когда Митхун возник будто бы из ниоткуда, сказал: – Сегодня ты отправишься к Юсуфу, постарайся оказаться рядом с ним.

– Хозяин, ты меня гонишь от себя?

– Мой отец воспитывал тебя, как сына, ты получил образование в Европе и никогда ни в чем не нуждался. Пора отдавать долг.

– Я сделаю все что нужно, господин.

– Мы тебе оказываем великую честь – ты должен убить Юсуфа Ахмеда. Он разорил наш клан, отнял наши земли, убивает наших людей на море. Его надо остановить. Еще я не могу простить ему увечье моего брата... Теперь я не сомневаюсь в том, что это было подстроено Юсуфом Ахмедом!

Низко поклонившись, Митхун Мунк произнес:

– Вот и славно! Ступай, друг мой, тебе нужно приготовиться к дороге.

Заложив руки за спину, Джефри Джельтмен неторопливым шагом удалился в свою комнату.

Здание было огромным и спроектировано тоже было со вкусом. Дизайнеры изрядно поломали головы, чтобы максимально удобнее организовать быт его обитателей. С непривычки в нем можно было даже заблудиться.

По своей армейской привычке Джон Эйрос просыпался очень рано. Он надел джинсы, набросил на плечи длинную легкую рубашку и выглянул в окно. Прямо напротив дома тощий пастух гнал на выпас два десятка овец. В руках тростина – длинная и необычайно гибкая, она лишь рассекала воздух над спинами животных, не касаясь их. Презабавное зрелище, если учитывать, что на обочине дороги стоят дорогие «Инфинити» и «Лексусы». Подобное столкновение культур можно встретить только в Африке.

Джон приоткрыл форточку, в комнату ворвалось протяжное блеяние. Что ж, довольно мило.

Обшарил взглядом комнату. Интересно, в каком месте они установили видеокамеры? Сразу и не догадаешься. А может, в сосок статуи, что стоит в углу комнаты?

Джон Эйрос подошел к скульптуре, вырезанной из черного дерева. Великолепная работа, по-другому не скажешь, прекрасно была передана женская пластика, подчеркивалась грация, столь характерная для африканок. Пожалуй, что в пластике они значительно превосходят европейских женщин.

Во время учебы в колледже он встречался с молодой африканкой с красивым именем Джулия, кажется, родом она была из Кении. В какой-то момент он даже хотел на ней жениться, но его отец, консервативный, как это бывает с людьми старшего поколения, разглядев за романом сына нечто большее, чем простое увлечение, строго сказал:

– Ты можешь встречаться с кем угодно: с японкой, китаянкой, филиппинкой, африканкой, но вот жениться ты обязан только на белой женщине.

В конце концов, он так и поступил. Его роман с африканкой прервался так же внезапно, как и начался, и кажется, Джулия не была на него в обиде – он ей многое дал, как мужчина.