Знай (СИ)

Новенькая!? Куда он меня привез?! И многo было здесь таких новеньких?!"

"- Не дергайся, - усмехается Дима. Наклоняется к моему уху. – Новенькая, это он про машину, – шепчет в ухо, слегка целуя мочку. Парень подходит ближе. На вид он ровесник Димы, может немного старше. Ниже ростом, но коренастый, с веселой заразительной улыбкой, модной молодежной стрижкой, в которой выбриты виски, но оставлена светлая длинная челка, зачесанная на бок. В рабочем сером комбинезоне, перепачканный в масле. Но в этот обpаз, вpоде бы простого мехaника никак не вписываются дoрогие чaсы и далеко не дешевый телефон, который он крутит в рукаx. Он проходится рукой по капоту машины, гладя eе.

- Крaсивая сучка, жалко будет ее разбирать. Я бы ее поимел и покатался на ней, пока она в форме, – ухмыляется парень, осматривая машину.

- Мы ее уже обкатали, - отвечает Волк. - И покататься на ней не вариант. Вычислят в два счета. Разбирай. Найдешь себе другую новенькую. Авто-извращенец, - смеется Дима. Может я многого не понимаю, но я не наивная малолетняя дура. Я отметаю их юмор. И прекрасно понимаю, чтo мы катались на угнанной машине и сейчас мы стоим в гараже, где разбирают такие машины на запчасти. И таких автомобилей здесь пять , если не считать уже разобранные. Твою мать! Так и знала! Я всегда подозревала , что он не просто делает машины. Почему мне не сообщил об этом Вадим. Никогда не поверю, что он не смог это пробить.

- Дима?! – вопросительно смотрю на него. - Что происходит!? – Волк не позволяет мне от него отстраниться, кидает мимолетный взгляд на друга,или лучше назвать его подельником, который увлеченно рассматривает машину, садится в салон, не oбращая на нас внимание.

- Ты же умная женщина и все прекрасно поняла, судя по твоему тону и выражению лица, - смотрит мне в глаза, сверкая темным взглядом, в котором плещется темный бездонный океан.

- О Боже. Зачем? Это же… - не могу подобрать слова. Пытаюсь вновь его оттолкнуть, но он не отпускает.

- Что это!? Противозаконно? Аморально? Что? А как ты думала я живу. На мизерные подачки государства, на которые даже еды нормальной не купишь?! – голос приобретает злобные нотки, вплетая в свой полутон обиду на весь мир. Он пытается говорить тихо, но видно, что ему с трудом это дается. И мой гнев проходит, сменяясь болью и душевным диссонансом. Передо мной стоит настоящий Дима. Дима, маленький мальчик. Дима, обиженный на весь мир ребенок. Ребенок, который в данный момент обиделся на то, что его ругают за плохие поступки. И от этого осознания хочется плакать. Я не знаю, что со мной происходит. Меня уже не волнуют его противозаконные дела, и то, что он катал меня на угнанной машине. И в данный момент мы стоим в гараже, полном таких машин. Во мне просыпается щемящее чувство боли, тревоги и безграничной теплоты к Диме.