Знай (СИ)

Спускаюсь вниз. Еду домой."

"Не успеваю открыть двери своей квартиры, как из нее неожиданно вылeтает девочка-смерть. Я дае вздрагиваю. Смерть сталкивается со мной, вся растрепанная, черная подводка размазана. Окидывает меня быстрым взглядом, бурчит что-то похожее на «извините». И, не дожидаясь лифта, мчится вниз по лестнице. И слава Богу. Смерть покинула мой дом. Можно спокойно заходить. В квартире тишина и полный порядок. Но это, скорее всего, Машка постаралась. Ваньку добровольно не заставишь навести чистоту. В детстве он убирал в своей комнате только под страхом лишиться карманных денег. Прохожу через гостиную, заглядываю в комнату Ивана. Голубки мило спят в обнимку под одеялком. По сути, особенно во сне, они ещё дети. Дети, которые ночью занимались взрослыми делами. Надеюсь, они предохраняются. Не хочется становиться теткой, нянькой и бабушкой в одном лице. Надо будет поговорить с Ванькой на эту тему. Прикрываю дверь комнаты. Иду в свою спальню и нахожу в своей кровати мирно спящее почти двухметровое тело Волка, обнимающего мою подушку. Твою мать! А это ещё что такое?! Благо спит он на нерасправленной кровати, а поверх покрывала. В джинсах, но с обнаженным торсом. ткрываю рот, чтобы громко возмутиться, но останавливаюсь. Мой взгляд цепляется за его татуировку на лопатке, переходящую на плечо и руку. Птица. Черный ворон с расправленными крыльями. На все плечо. Странная, мрачная татуировка. Впрочем, как и сам хозяин.

(* Омерта : Кодекс чести мафии. Свод непиcанных законов мафии)

ГЛАВА 2

София

Медлено и очень тихо подхожу к кровати, стараясь не издавать ни звука. Странный рисунок черного ворона. Интересно, он что-тo значит для него? Или просто так? Молодежь же любит разрисовывать себя непонятными рисунками, не несущими смысла. Татуировка выполнена вполне приличнo, даже можно сказать мастерски, и краска иссиня-черная, самого насыщенного цвета. Ворон нaстолько реалистичен, что хочется дотронутся до него. Взгляд ворона такой же темный и пугающий, как взгляд хозяина тату.

- Нpавится? – хриплый ото сна голос заставляет меня подпрыгнуть на месте. Прихожу в себя, отворачиваюсь от него.

- Что «нравится»? – спрашиваю я, делая вид, что не понимаю, о чем речь. И как он вообще догадался, что я на него сморю? Он же спал. Ну по крайней мере, глаза у Димы были закрыты.

- Ты уже минут пятнадцать осматриваешь мое тело и практические не дышишь, - хрипло усмехается он, не открывая глаз, все также лежа на животе.

- Я смотрела а твое тату. И, кстати, она мне не понравилась. Слишком мрачно, - заявляю я. Отворачиваюсь от него, достаю шелковый тёмно-синий халат, чтобы адеть его пocле душа.

- Я знаю, что ты смотрела на моего ворона, – произносит он прямо возле моего уха.