И восстанут мертвые. Смерть знахаря. Любопытство убивает

– Ваш отец – последний, кто видел Сайкса и Трикетта живыми, не считая самого убийцы, разумеется. – При этих словах мистер Буллер содрогнулся. – Меня интересует, не рассказывал ли он своим домашним о случившемся в тот вечер. Вероятно, в беседах с семьей он описал события более подробно, чем на коронерском слушании.

– Нет, инспектор. Отец не любил говорить о той истории, вопросы выводили его из себя. Он буквально взрывался, стоило кому-то из домашних упомянуть об убийстве.

– Похоже, случившееся произвело сильное впечатление на вашего отца?

– Да. Смерть Трикетта изменила его, после он так и не оправился. Отец начал верить, что преступления не случилось бы, если бы он тогда прогнал с болот тех двоих.

– Странно, правда, мистер Буллер?

– Да. После дознания отец какое-то время болел. С ним случилось нервное расстройство. Он сильно сдал. Стал замкнутым, угрюмым и… начал пить. Уверен, этим отец сократил себе жизнь.

– В то время он работал на сэра Калеба Хейторнтуэйта?

– Да. Но не сказать, чтобы служба ему нравилась. Он всю жизнь работал на семью Майлз, пока старая дама не продала землю. Естественно, отец в его возрасте не мог оставить прежнее занятие и взяться за новое. Однако смена хозяев была ему не по душе.

– Он вернулся к работе егеря после срыва?

– Ненадолго. Отец выдержал еще два сезона, а затем его здоровье расстроилось. Он ушел со службы и поселился в доме моей замужней сестры.

– Значит, успел скопить достаточную сумму, чтобы уйти на покой?

– Нет. Миссис Майлз выделила ему небольшую пенсию, хотя не представляю, как она смогла себе это позволить при ее стесненных обстоятельствах. Но в их семье всегда заботились о работниках. Это Хейторнтуэйту следовало побеспокоиться, ведь в последнее время отец трудился на него, но сэр Калеб никогда не отличался щедростью.

– И напоследок один вопрос, мистер Буллер, затем я уйду, а вы сможете вернуться к своим делам. Вы не знаете, какими патронами обычно пользовался ваш отец?

На лице Питера Буллера отразилось изумление.

– Инспектор, к чему вы клоните? Вы ведь не собираетесь связать его с убийством! Такое просто немыслимо. Поверьте, во всем Хаттеруорте не было человека честнее моего отца. Он никогда бы не смог кого-то застрелить, тут и говорить не о чем.

– Это простая формальность, мистер Буллер. В беседе с вами я лишь следую обычному порядку, и не намерен в чем-либо обвинять вашего отца. Меня интересует, какими патронами пользуются охотники в здешних местах.

– Ну, когда я был мальчишкой, отец часто брал меня с собой на болота. Я носил его ружье с патронами, помогал перезаряжать. Он пополнял запасы патронов в Хаддерсфилде, покупал сразу сотню или больше в фирме «Ашуорт и Холл».

– А какую дробь он предпочитал?

– Он стрелял смешанными зарядами.