И восстанут мертвые. Смерть знахаря. Любопытство убивает

Вторая часть путешествия с бесчисленными остановками и короткими перегонами, когда поезд едва тащился, тянулась так долго, что на середине пути инспектор заснул. К счастью, проводник, похоже, знал, куда направляется каждый из его пассажиров, и растолкал Литтлджона в Эвингдоне.

Глава 3. Первые шаги

Когда почти столетие назад железнодорожная компания предложила проложить пути через Эвингдон, местные заправилы испугались, как бы паровозная копоть не замарала их чудесный городок, подняли шум и образовали влиятельную оппозицию. В итоге железная дорога обошла Эвингдон стороной, а когда новое поколение сообразило, что железнодорожная станция в городе весьма желательна, компания развела руками: они и рады бы помочь, но не могут заложить петлю на прямом участке или протянуть боковую ветку. Сошлись на компромиссе: построили станцию в двух милях от Хай-стрит. Литтлджон сошел с поезда и оказался на открытом просторе; никто его не встречал. Начальник станции дружески приветствовал машиниста и кочегара, перекинулся шуткой с проводником, объявил, что поезд отправляется, и поспешил забрать билет у Литтлджона.

– Где тут полицейский участок? – спросил детектив.

Начальник станции с подозрением смерил его взглядом, будто размышляя, не замешан ли поезд, железнодорожная компания или, чего доброго, он сам в чем-либо противозаконном, и с опаской спросил:

– Надеюсь, все в порядке, сэр?"

"– Да. Я приехал навестить своего друга, инспектора Олдфилда, только и всего. Какой путь самый короткий?

Начальник станции погладил в горсти короткую седую бородку.

– Полицейский участок – на Хай-стрит, отсюда до него две мили. Эзра Фьюкс привез к поезду пассажира в своем кэбе, и если он еще не уехал, то доставит вас туда. А иначе придется идти пешком, сэр.

Старик проковылял через небольшой кассовый зал и вышел на площадку перед станцией, потом поднес к губам свисток и немощно дунул, словно футбольный судья, дважды пробежавший вокруг поля. В ответ послышалось бряканье упряжи и цокот копыт. Литтлджон двинулся следом за любезным железнодорожным начальником, а в следующее мгновение перед ними остановился старомодный извозчичий экипаж. Лошадью правил немолодой мужчина с красным лицом, на котором топорщились огромные клочковатые усы. Инспектор замер в нерешительности. Повозка была ярко-желтой – наверное, ее недавно покрасили, – а между оглоблями стояла самая ленивая и раскормленная лошадь, какую только доводилось видеть Литтлджону. Будто прочитав его мысли, «лихач» заговорил. Из-под усов голос его звучал хрипло и глухо:

– Вы, похоже, решили, что забрались в самую глухомань, мистер. Из-за нехватки топлива пришлось снова запрячь старый кэб.