Тот, кто знает. Книга вторая. Перекресток

Он звучал так, словно Бэлла Львовна дает ей понять, что пора уйти, если нет больше никаких дел. С чего бы это?

— Вы меня выгоняете? — напрямик спросила Наташа. — Я вам помешала? Извините.

— Да ты с ума сошла! — возмутилась соседка. — Как это ты можешь мне помешать? Я имела в виду, не хочешь ли ты кое о чем поговорить со мной.

— О чем?

— О тебе. И о твоем муже. Мне давно кажется, что у вас не все гладко. Но в последнее время все стало как-то иначе. Нет? Мне показалось?

Наташа бросила испуганный взгляд на мать, но та увлеченно смотрела телевизор. Наушники надежно защищали ее слух от всего, что могло бы нарушить ее душевное равновесие.

— Что вы, Бэллочка Львовна, — залепетала Наташа, чувствуя, как запылали щеки, — у нас все хорошо. Просто Вадик очень много работает, сильно устает, поэтому вечерами бывает злым и раздражительным. Вот соберем деньги, отселим Люсю с Катюшей, ему не нужно будет так много работать, он отдохнет, успокоится. Все хорошо, честное слово.

— Золотая моя, — усмехнулась Бэлла Львовна, — мне семьдесят шесть лет. Я еще недостаточно стара для того, чтобы впадать в маразм. Но в то же время достаточно немолода, чтобы кое-что понимать в жизни. Ты давно разлюбила Вадима, это видно невооруженным глазом.

— Вам видно? — глупо спросила Наташа.

— Конечно. Со стороны просматривается просто прекрасно. Я еще удивляюсь, как сам Вадим этого до сих пор не понял.

— Он хороший муж и хороший отец, — продолжала упорствовать Наташа. — Я не имею права его не любить.

— Деточка, — понизив голос, сказала соседка, — слово «любовь» и слово «право» не могут лежать в одной плоскости. Эти слова из совершенно разных опер.

— А как же стабильность семьи? Все общества и все государства за это борятся, а вы меня уговариваете бросить мужа. Бэллочка Львовна, да вы ли это?

— Я, золотая моя, я. Теперь сядь и послушай старуху. И дай слово, что не станешь вскакивать, махать руками и кричать на меня.

— То есть сидеть молча, — уточнила Наташа с улыбкой.

— Нет, почему же, можешь задавать вопросы или подавать уточняющие реплики, только, пожалуйста, без сильных эмоций. Так вот, Наташенька, что я хочу тебе сказать. Семья — замечательная вещь, а хорошая семья — это просто прекрасно. Когда семья создается, она стоит очень близко от понятия «любовь». Практически вплотную. Но это изначально разные вещи, понимаешь? Принципиально разные, как цветок и железнодорожный состав или как симфоническая музыка и плавающая в море рыбка. Разные вещи существуют по разным законам, они по-разному возникают, по-разному развиваются и по-разному умирают. Они идут разными путями. Просто в какой-то момент их дороги пересеклись, и двое любящих друг друга людей создают семью.