Змеиный гаджет

Дегтярев усмехнулся.

– Многие люди считают себя бедными, несчастными, больными, но таковыми не являются. Если мы изучим биографии всех детей из школы, которую посещал Москвин, то определенно выясним, что ребят из элитных поселков там едва ли половина. Наверное, их на самом деле доставляли в школу на автомобилях, Андрею же приходилось ехать на велосипеде или шагать на своих двоих. У Вари та же ситуация. Но мотивация их матерей разная. Инга Львовна просто не любила сына, поэтому ей и в голову не приходило вменить водителю в обязанность сопровождать парня на занятия. А у Татьяны Ивановны и Кирилла Петровича много детей, наверное, они решили не баловать Варю, считали, что трудности воспитывают личность, приучают девочку стойко относиться к бытовым неудобствам. Попова тоже неслась к первому уроку на велосипеде или бежала через лес.

– Светлана жива? – спросила я.

– Кристине двадцать лет, она учится на третьем курсе. Когда она родилась, матери едва исполнилось девятнадцать. Света молодая женщина, – сказал Сеня и посмотрел на часы. – Когда в клиниках заканчивают работу?

– Врачи уходят часа в четыре-пять, – сказала я.

– Не угадала, – обрадовался Кузя, – на сайте психиатрической больницы написано, что врач Попова принимает в местной поликлинике до девятнадцати.

– Отправляйся к Светлане на службу, – велел мне Дегтярев, – поймай ее на улице, предложи довезти ее до дома.

Глава 34

Спустя две недели в нашем офисе собралось много народа.

– Надеюсь, все узнали друг друга, – начал беседу Дегтярев.

– Лично я нет, – поморщился Москвин, – большинство лиц вижу впервые.

– Не помните Алевтину Васильевну? – удивилась я.

Андрей картинно прищурился.

– Имеете в виду нашу домработницу? Смутно. Если она вон та пожилая тетка, то очень постарела.

– Неправда, я прекрасно выгляжу, – возмутилась Невзорова, – он нарочно хамит, чтобы я расстроилась. Всегда так делал. Я думала, Андрей, ты повзрослел, поумнел, ан нет.

– А я о вас вообще никогда не вспоминал, – огрызнулся Абакин-Москвин. – Какой смысл думать о поломойке?

Невзорова покраснела.

– Спокойно, господа, – вмешался в беседу Семен, – мы собрались здесь не для того, чтобы сводить старые счеты. Вопрос, кто убил Варю Горелову, до сих пор не имеет ответа. Константин Петрович, например, считает, что преступление совершил Кирилл Горелов, отец девочки. Сенин видел, как тот закапывал тело в навозную кучу.

– Мерзавец! – подскочила Татьяна Ивановна. – Как ты мог такое придумать! Все было наоборот! Мы с мужем пребывали в уверенности, что ты, Костя, убил Варю.

– Дура! – буркнул Сенин. – Я прекрасно видел, как твой муж лопатой орудовал.

– Верно, – вдруг согласилась Татьяна, – Кирилл спрятал ее останки.