Змеиная невеста

Просто огромный. Черный, блестящий, словно полированный обсидиан. За спиной капюшон, как у кобры, а в руке отливавший зеленоватым золотом обоюдоострый меч.

До этого он стоял на хвосте чуть поодаль, а сейчас выдвинулся вперед. Далгет. Блестящие черные волосы рассыпались по плечам, красивое лицо бесстрастно. В угольно-черных глазах холод.

Лере показалось, что у нее смерзаются внутренности.

Он мазнул по ней нечитаемым взглядом и медленно проскользил туда, где его братья удерживали Камаля. И замер, глядя на него. А тот задергался, забил хвостом и выкрикнул, силясь подняться:"

"- Думал, тебе так просто сойдет с рук позор моей сестры?!

На его слова Далгет ничего не ответил, молча поднял меч. Едва касаясь, острие прочертило дорожку по животу синеглазого Нага и поднялось к горлу. Камаль, видимо, понял, что ему конец, задышал, шумно сглатывая и вращая глазами, и весь покрылся холодным потом.

- Не надо, прошу вас! - не выдержала Лера.

Далгет опустил меч и медленно повернулся к ней. Подполз вплотную и впился долгим взглядом.

Жених, от которого она пыталась сбежать.

Ей было жутко. Но он одновременно вызывал у нее множество других чувств. От стыда и отторжения до невольного восхищения. Но все перевешивало желание защититься, отгородиться от него. Лера невольно подалась назад и прижала к груди саднившее запястье. Ранка все еще кровила, ведь с того момента, как ее выкрали из туалета, прошли какие-то считанные минуты.

У него ноздри дернулись, в глазах мелькнуло нечитаемое что-то, а она вдруг поняла, что вымазана кровью Камаля. И сразу все стало крайне серьезно. Далгет спросил, указывая на Камаля мечом:

- Хочешь быть с ним?

Ее пробрала дрожь.

- Нет! - затрясла головой Лера. - Нет... Не хочу... Просто... не убивайте его.

Красивые губы черного Нага дернулись и презрительно поджались.

- Его жизнь - мой тебе подарок, - проговорил он.

Бросил, не оборачиваясь:

- Отпустите его.

И ушел в сторону, как будто его перестало интересовать происходящее.

***

Дважды повторять не пришлось. Камаль исчез тут же, как только братья выпустили его из смертельного захвата. Только ядовито-синий хвост мелькнул.

Но Лера-то осталась.

Повисла короткая пауза, а ситуация стала неловкой до предела.

- Брат, прости меня, - кинулся к Далгету Саха. - Больше такое не повторится!

Тот только кивнул. А Саха приблизился к ней, в голубых глазах остатки гнева и какая-то детская обида. Смотрел на нее, нахмурив брови.

Лере стало страшно, она же осталась одна, без защиты. И у братьев Умрановых был основательный повод злиться на нее. Что с ней сделают за побег? Накажут?

Саха мотнул светловолосой головой и склонился к ней. Честно? Она замерла, не зная, чего ждать, а он бережно поднял ее на руки и неспешно понес куда-то.