Тень змея

Я сделал выпад мечом в направлении ближайшей кучки демонов, и светящийся клинок моего двойника одним движением смел их с пирамиды, как кегли в боулинге. Учитывая, что у двоих демонов головы были точь-в-точь как кегли, сравнение получилось вполне уместным.

Павианы и ибисы медленно прокладывали себе путь к основному скоплению демонов. Фрик метался вокруг пирамиды, хватая крылатых демонов клювом или сшибая их на землю болтающейся позади него лодкой.

Тот стойко продолжал швыряться своими гранатоподобными иероглифами.

– Раздуйся! – выкрикнул он очередное заклинание. Иероглиф пронесся по воздуху и ударил ближайшего демона прямо в грудь, рассыпав вокруг искры. Демон тут же распух, как воздушный шар, и с воплями покатился вниз по склону пирамиды.

– Сплющись! – заклинание Тота настигло еще одного демона, который тут же превратился в плоский коврик в форме чудища.

– Колики! – рявкнул Тот, и бедняга демон, которому досталось это проклятие, резко позеленел и согнулся, схватившись за живот.

Я лавировал среди монстров, сталкивая их вниз или рубя мечом. Все шло отлично, пока одна из крылатых тварей вдруг не спикировала вниз, как летчик-камикадзе, и не ударила меня в грудь. Я опрокинулся навзничь и ударился о стену пирамиды с такой силой, что мигом растерял всю концентрацию. Мой магический двойник тут же испарился, оставив меня беззащитным. Я непременно скатился бы вниз, к самому подножию, если бы вцепившийся мне в горло демон не удержал меня на месте.

– Картер Кейн, – прошипел он. – Что за глупое упрямство!

Я сразу узнал его лицо, больше похожее на анатомическую модель: сплошные мышцы и сухожилия, полностью лишенные кожи. Лишенные век глаза горели красным огнем, безгубый рот обнажил клыки в жестокой усмешке.

– Опять ты, – прохрипел я.

– Да, – согласился демон, еще сильнее впиваясь когтями в мою шею. – Опять я.

Ну да, это был он – Ужасноликий, главный помощник Сета в той истории с Красной пирамидой, а заодно, как выяснилось, и тайный глашатай воли Апопа. Вообще-то я считал, что мы его убили тогда, возле Монумента Вашингтона, но теперь мне стало ясно: физическое уничтожение для него ничего не значит. Теперь он снова вернулся, живой и невредимый, и судя по глухому голосу и красным глазам, снова был одержим моей самой нелюбимой на свете змеей.

Я не припоминал, чтобы раньше он мог летать, но сейчас у него за плечами вздымались широкие кожистые, как у летучей мыши, крылья. Расставив когтистые петушьи лапы, он крепко держал меня за горло. Я уже почти задыхался – и от того, что он сильно сдавил мне трахею, и от чудовищной вони из его пасти, которая заставила бы зажать нос даже престарелого скунса.

– Я много раз мог убить тебя, – сообщил демон. – Но с тобой живым интереснее, Картер Кейн.