Змей (СИ)

    Резко избавившись от сдерживающего руки полотенца, он рывком приподнял Риту вверх, кинул на кровать, где только что лежал сам и навалился сверху.

    -  А вот теперь, моя очередь! - хрипло рыкнул Кас, впиваясь в её губы. - Моя Рита, моя эйфори, моя душа… - бормотал он, перемежая слова с легкими поцелуями в шею. - Ты сводишь меня с ума! - его рука опустилась на девичье колено и медленно поползла вверх. - Твоя кожа манит меня, а запах дурманит рассудок, - добравшись до краешка её спальных шортиков, он осторожно начал тянуть их вниз.

    Ещё никогда в жизни простое движение ткани по коже не было настолько эротичным! Но до безумия чувствительная кожа горела и пылала даже от такого простого и обыденного действия. Марго казалось, она умрёт, если он не коснётся её свой рукой, по-настоящему, так, чтобы ощутить жар его кожи. А она знала, как он умеет гореть… Только для неё, и только с ней! И как только шортики сползли на середину бедра, Кас слегка переместился и с тихим стоном поцеловал оголившуюся кожу.

    -  Кас! - выдохнула Рита, не ожидавшая такого наплыва острых ощущений.

    Она мечтала об этом, желала этого, но даже подумать не могла, что всё будет очень… очень! Его губы нежно прошлись по чувствительной коже, язык дразняще начертил линию по краешку резинки шорт, не заходя дальше неё, но явно обещая большее, а зубы не обошли стороной чувствительное место на внутренней стороне берда, но так и не перешли черту… Он играл с ней, платил той же монетой, искушал, дразнил, возбуждал и сразу же отступал. Он наказывал её за то, что она посмела так сладостно пытать его своей близостью, запрещая касаться желанного тела. Он наказывал её, но тем самым и обещал большее, намного большее…

    Девушка уже была на грани от этого чувственного танца, поэтому, когда он отстранился, недовольно захныкала.

    -  Тише, моя Рита! - зашептал он, обхватывая руками её талию. - Тише…

    Руки долго на одном месте не задержались. Мужчина начал медленно задирать её маечку, нежно целуя каждый сантиметр обнажающейся кожи. Ему нравилось играть с ней, нравилось видеть, как она мечется по кровати в полнейшем беспамятстве, нравилось подводить её к разрядке и тут же отступать, чтобы услышать, как она недовольно капризничает. Ему нравилось всё в ней. Но больше всего он приходил в восторг от такого всепоглощающего отклика на его действия. Она была, как будто специально создана для него! Он знал - всё, что он с ней делал, доставляет ей неимоверное удовольствие, даже то, как он оттягивал её разрядку. С губ Риты то и дело срывались стоны, тело трепетало в его руках, как самый послушный музыкальный инструмент, исполняя мелодию их любви. И эта музыка пробуждала в нём такие чувства и желания, о которых он даже не подозревал.