Зловещее наследство

Путники сняли с себя запачканную одежду, а с Фреды — все ее тряпье и отвели прямо в деревянную ванну, которую подготовила Лив. Все четверо держали и мыли ее, а крики смертельного испуга слышны были даже в Липовой аллее. Спустя мгновение они все были мокры, а на полу стояла лужа, напоминавшая озеро.

Когда они отдраенную начисто Фреду, которая даже не отзывалась на свое имя, отнесли в кровать в комнату большеглазой и испуганной Эли, Габриэлла заявила:

— Я переезжаю на эту ночь к девочкам. Они друг друга не знают. Эли испугана, а Фреда, я думаю, окончательно решила сбежать.

— Хорошо, — сказал Калеб. — Мы перенесем вашу кровать.

Одно его доброе слово очень подбодрило ее.

Габриэлла посмотрела на него, но Калеб уже забыл о ее жаждавшем утешения сердце, отдав предпочтение более практическим делам. Впрочем, и она уже не нуждалась в похвалах этого грубияна.

Но, когда Габриэлла в спешке проходила по коридору за своими ночными принадлежностями, то остальные трое переглядывались между собой и улыбались. Дисциплина начала действовать!

Ночь для Габриэллы оказалась беспокойной. Фреда была возбуждена, скучала о сестре и совершенно не хотела лежать в своей прекрасной кровати. Проклятиями и неукротимым упрямством она приводила в ужас чувствительную Эли.

В конце концов Габриэлла вынуждена была обратиться за помощью.

Лив отправилась за Маттиасом и Калебом, которые уселись подле Фреды, Габриэлла же тем временем держала руку Эли.

— Веди себя тише, Фреда. Эли очень слаба, — объяснял Маттиас.

— Эта соплячка! — крикнула Фреда. — Я не хочу жить вместе с маленькими детьми.

— Тебе здесь будет лучше.

— К черту! Я сама могу справиться где угодно. Денег заработаю за день больше, чем ты за целый год.

— Почему же тогда ты жила на грязной лестнице?

— И тебе не было холодно? Мне пришлось перебинтовать твои ноги, ведь они обморожены.

— Я могу сбросить твои дьявольские повязки.

— Можешь, но мне кажется, это будет глупо. Знаешь, ты будешь здесь свободно гулять. А затем пойдешь в школу.

— В школу, — фыркнула Фреда с безграничным презрением, — учеба нужна только дуракам.

— Наоборот, образование нужно всем, чтобы научиться чему-нибудь, — наставительно произнес Калеб. — И те, у которых в голове что-нибудь есть, учатся чаще всего самостоятельно. Ты же ничему не научилась, поэтому лучше оставить тебя в покое.

— Что ты знаешь о том, чему я научилась? Я намного умнее тебя, вот так!

— Я слышу, — ответил сухо Калеб. — Уже по твоему языку.

Когда взрослые на мгновение умолкли, она требовательно спросила:

— Вы будете сидеть здесь всю ночь?

— Это зависит от тебя.

— От меня? Мне вовсе не нужно ваше присутствие, проклятый старый хрыч!

— Понятно. Но маленькой Эли необходимо поспать. С ней обращались сурово, и она всего боится.