Злодейский путь!.. [том 9]

— Вижу, ты уверился, что все же я — это я, — вместо ответа произнес он и разжал пальцы.

Ал опустил руки с некоторым разочарованием.

— Мы теряем время, пойдем, — с этими словами Шен вновь взял его за руку, на сей раз сжав запястье, и потянул за собой, вновь нестерпимо напоминая Алу тот первый день их встречи на Тропе тигра.

Чувство было настолько сильным, что в какой-то момент, не думая, Ал ускорил шаг и, рванувшись, обхватил его сзади, на мгновение прижавшись щекой к его спине, и столь же быстро отстранившись, отступил на шаг. Шен медленно, на пятках развернулся. Вот теперь Алу в самом деле удалось его поразить.

— Я… — Ал услышал, как неловко звучит его голос и кашлянул, мгновенно собираясь. — Кхм. Спасибо.

Шен продолжал смотреть на него, но Ал ничего не добавлял, и это «спасибо» очень весомо застыло в воздухе.

— Спасибо? — переспросил Шен.

Ал посмотрел на него, улыбнувшись, хоть сердце и заходилось в бешеной пляске в тот момент.

— Даже если та встреча на Тропе тигра была всего лишь стечением обстоятельств, спасибо тебе за то, что встретился со мной. И спасибо… — Ал все же не смог произнести последнее спокойно, он смешался и слова прозвучали почти беззвучно, — спасибо, что согласен и дальше быть в моей жизни. — Ал опустил голову.

Шен молчал, и парень совсем не мог оценить его реакцию.

Момент тишины невыносимо растянулся.

— Пожалуйста, — произнес Шен и протянул ему руку.

После того как Ал и Шен покинули поляну, на которой выясняли отношения, туда забрел Рэн. Непрестанно осматриваясь по сторонам в поисках любой подсказки, способной помочь ему выбраться из проклятого нескончаемого леса, старейшина пика Росного ладана заметил листы, хаотично лежащие на морозной траве. Подняв ближайший лист, Рэн вчитался в неловкие строки написанные далеким от каллиграфичного почерком, и брови его недоуменно поползли вверх. Прочитал он нижеследующее:

«И еще, дорогой Ал, ты та еще гнида неблагодарная. Я тебя холил и лелеял и чуть ли не пылинки сдувал, носясь как с фарфоровой вазой с твоим хрупким самомнением, но, знаешь ли, любому терпению приходит конец! Я человек живой и, либо ты наконец начинаешь думать головой, либо я за себя не ручаюсь. Предполагая, что твоя память может не удержать список всех моих заслуг, что я для тебя совершил, ниже прилагаю список того, чего никто меня делать ради тебя не заставлял. Перечитывай перед сном, может, со временем до тебя дойдет то, что я пытаюсь донести между строк.

С доброжелательным пожеланием повзрослеть наконец, твой, вероятно ненавистный, бывший учитель

1. Спас твою задницу от королевы фейри

2. Брал с собой прокатиться в окрестные селенья

3. Не бог весть как чему-то да учил

4. Ни разу не назвал тупицей, хотя стоило бы

5. Защищал перед Муаном, хотя не стоило бы

105.