Злодейка чужого мира (СИ)

Номер Семнадцать получила выговор…

Выговор? Какая-то девочка, лишенная легкого, с кровяным шунтом в груди, умирающая в операционном блоке, получила выговор от своего лощеного мастера Белого цветка. А после та спустила с запястья магическую плеть, маслянисто блестящую семью синими языками и отходила прекрасный номер Два, пока тот не упал перед ней на колени, сдерживая рваные всхлипы. Воображение услужливо включило кадр бледного номер Два, с закушенной губой и синим холодом глаз.

Она засмеялась. К горлу подкатила желчь. Похоже, она — другая она — была душой компании, пока, наконец, не умерла. Она поднесла к лицу запястье, по которому змеился рунический узор, и каким-то незарегистрированных органом чувств поняла, что это та самая плеть.

Всегда с тобой, кисло подумала она.

Зато стало ясно, чего испугался номер Два, когда она лениво почесывала запястье. Боялся снова отхватить люлей от своего доброжелательного мастера.

Вновь пролистнула книгу.

День Седьмой

Темнотайя горит, мы движемся в четвёртый квадрат от востока Шелки, ветер со стороны Ямы. Номер Два беспокоят раны от магической плети. Номер Семнадцать по-прежнему в стазисе. Мастер в дурном расположении духа и торопит нас. Третий образец напал на четвёртый образец, но поранился о шипы. Мы снова разделили их по разным клеткам. Клеток всего шесть, и одна имеет слабый магический запор.

Общий уровень дара сорок девять.

День Десятый

Номер Семнадцать не получается вывести из стазиса. Номер Два беспокоят раны. Скорее всего, его дар вступил в противоречие с энергией мастера и официально в этом нет ни чьей вины. Это очень редкий случай. Дар номера Два не стабилен.

Номер Шесть держится хорошо, но уровень его дара даёт кривую падения. Он берет двойную нагрузку и больше не справляется.

День двенадцатый

Номер Семнадцать мертва. Ясмин сказала оставить ее здесь. Я сделал для неё ивовый кокон и опустил в торфяной грунт, уровень кислотности три с половиной. Вряд ли мы сумеем ее забрать.

Кажется, ее звали Лия. Или Льяна. Она говорила мне своё имя, но я забыл.

Есть ли на этой земле, кто-то бессердечнее нашего мастера?

День четырнадцатый

В копилке новый образец.

Люфтоцветы (пометка: предположительно, люфтоцветы), попавшиеся на свет фонаря, вели себя спокойно, а к ночи распались на микроорганизмы и расползлись по пещере, особенно облюбовав Ясмин. Наверное, потому что у неё глаза все время горят в неправедном негодовании.

Уровень дара менее двадцати единиц. Номер Два насильно заблокирован за безобразный скандал и попытку отнять метку мастера силой. Номер Шесть в тихом бешенстве, но мастер не принимает его всерьёз…

День семнадцатый

Начало месяца Вод. Третьи сутки от начала сезона Дождей, обзор ограничен, передвижение невозможно.