Скромница для злодея

Дьявол стиснул зубы, вспомнив губы Эвана на ее обтянутых шелком костяшках пальцев. Сейчас на ней перчаток не было, и Дьяволу хотелось выжечь все воспоминания о прикосновении Марвика собственными губами. На ее обнаженной коже.

– И как, выполнено?

Она не ответила. Ее отвлекали шпильки в замке.

– Фелисити Фэрклот.

– Ммм? – Она помолчала. Затем произнесла: – А, вижу. – Еще пауза. – Прошу прощения, что?

– Мое обещание. Оно выполнено? Вы встретились со своим герцогом?

– О, – снова сказала она. – Да. Мы встретились. Он был очень красивый. И вероятно… ну… то, что о нем говорят, может оказаться правдой.

– А что о нем говорят?

– Что он сумасшедший.

Эван не сумасшедший. Он одержимый.

– Он танцевал как в моих мечтах.

Дьявола не должно раздражать это заявление. Разве не этого он добивался? Чтобы Эван был уверен, что завоевал Фелисити, тогда, когда Дьявол ее отнимет, ему станет особенно больно.

Ему хотелось ударить кулаком в стену при мысли, что они танцевали. И он не смог удержаться от насмешки.

– Как во сне?

– Ммм, – рассеянно протянула девушка. – Он в отличной форме. Заставляет тебя почувствовать себя облачком.

– Облачком, – повторил Дьявол, стараясь, чтобы зубы его не скрипели.

– Ммм, – снова промычала она.

Он пришел в такое раздражение, представив себе танцующее облачко, что рявкнул:

– Нельзя просто являться повидать меня, Фелисити Фэрклот!

– Почему? Мне нужно кое-что с вами обсудить.

– Не имеет значения. Когда у нас появится предмет для обсуждения, я сам вас найду. А вам нельзя просто так появляться в трущобах.

– Это трущобы? Я никогда еще в них не бывала.

Он бы расхохотался, да только это было совсем не смешно.

Трущобы полны грязи и вони, смерти и разрушения. В них собрано все самое худшее, что есть в мире, и оно слишком часто достается тем, кто заслуживает лучшего. Разумеется, леди Фелисити Фэрклот никогда не бывала в трущобах. Это все равно что побывать на Луне.

– Здесь очень тихо. Я-то думала, в трущобах все по-другому.

– Здесь тихо, потому что вы оказались в самой их защищенной части. Но вы запросто могли заблудиться.

– Чепуха. Я шла следом за вами. – Она наклонилась к двери и прошептала: – Ну вот, милый.

В ответ на ее шепот у Дьявола все затвердело, как камень. Он выпрямился, отлепился от двери и сунул руки в карманы, чтобы она не заметила, в каком он оказался положении. Прокашлявшись, он сказал:

– Дать вам мой адрес было огромной ошибкой. Похоже, вы не в состоянии, как любая нормальная женщина, послать письмо в мою контору. – Он помолчал. – Может быть, вы не умеете писать? Или из-за обнищания вашего брата дома нет чернил? Бумаги?

– Бумага – не самый дорогой товар, – заметила Фелисити.

Щелк.

У Дьявола отвалилась челюсть.