Злодейский путь!.. Том 9 (СИ)

Шен решил не заострять на этом внимания. Он с сомнением перевел взгляд с духа кинжала на Лули и обратно. Мог ли он быть уверен, что этот дух не навредит ей? С другой стороны, скоро Лули с братом отправятся в полную интриг столицу к неким незнакомым родственникам, и такой защитник, как дух кинжала, ей не помешает. Однако, раз уж первоначально этот кинжал принадлежал матери Муана, не следует ли вернуть его ему или Эре?

И почему он снова ввязался все это решать? Разве кто-то назначал его главным?

(Разве что Система, назвав главным героем, но он не собирается трезвонить об этом направо и налево.)

Решив повременить с окончательными решениями, Шен вышел во внутренний двор за Муаном.

Это был странный гроб.

Шен впервые видел нечто подобное. Вручную вытесанный из цельного ствола дерева, впопыхах. Лей, лежащая внутри, казалась заснувшей дриадой.

Шен смотрел, как Чи Тау и Лули молча попеременно подходят к гробу и кладут внутрь разные мелочи: лепешки с луком и грибами, сверток одежды, бусины, плетеную игрушку. На закате гроб закрыли, и теперь он был почти не отличим от цельного ствола дерева. Дух кинжала в одиночку взвалил его себе на плечо и пошел вслед за Лули, показывающей ему путь. За гробом шел Чи Тау, а следом потянулись остальные. Процессия покинула пределы селения практически в полном молчании. За Шеном все так же следовал призрак магистрата, что сейчас показалось тому несколько ироничным. Судя по его перекошенной физиономии, магистрат Жоу осознавал, что происходит и на чьих похоронах он присутствует, и тоже не был рад такой насмешке судьбы.

«Ты хочешь забрать кинжал у Лули?» — мысленно спросил Шен.

Он уже задавал этот вопрос, но тогда Муан ничего не ответил. Сейчас прославленный мечник нахмуренно смотрел на духа, несущего гроб, и маленькую девочку, мелькающую перед ним.

«Не знаю, — честно признался он. — Этот кинжал принадлежал маме, я мне бы хотелось, чтобы он остался у нас. С другой стороны, если этого духа никак нельзя заставить не вылезать из кинжала, то я не знаю, что с ним делать».

Хоть Шену и не казалось это хорошей идеей, чтобы быть до конца честным, он вынужден был уточнить:

«Если подобрать к кинжалу ножны — можно запечатать его внутри».

Муан ответил через мгновение:

«Это кажется слишком жестоким… — он замолчал, казалось, с удивлением, а затем неловко усмехнулся и продолжил: — Не думал, что когда-нибудь задумаюсь о чувствах духа. Вообще-то, до встречи с тобой, я не одобрял общение людей со всякого рода духами. Если бы я услышал о подобном ранее, моя реакция была бы однозначной — девочку нужно спасать».

Он надолго замолчал, и Шен подтолкнул его к продолжению размышлений:

«Сейчас я… не столь неприклонен».

Солнце, висящее над городом за их спинами, казалось неестественно-огромным.