Злодейский путь!.. Том 3 и Том 4 (СИ)

В принципе, на его пике все было черным, что бамбук, что другая (бывшая) растительность, но возле этого пруда почему-то было особенно жутковато, словно от его вод веяло чем-то потусторонним и неведомым.

Площадь перед черным замком по-прежнему полностью покрывал густой терновник. Шен приземлился на мосту, неподалеку от места, где лежал его бессмертный меч. Подняв свой меч, Шен заменил его Муанским. (Потому что таскать с собой три меча было бы чересчур даже для него.) Поудобнее перехватив свой меч правой рукой, он подкинул его в воздух, заставив зависнуть горизонтально, и, запрыгнув сверху, полетел на другую сторону своего проклятого пика.

Хоть день еще только перевалил за полдень, когда Шен пробрался сквозь деревья, приземлившись в черном бамбуковом лесу, стало казаться, что на мир опустились сумерки. Солнечный свет померк, небо заволокли грозовые облака, но ни капли влаги не упало на землю.

Шен вышел на берег черного пруда. Черный бамбук клонился к его водам, отражаясь от блестящей поверхности воды. Со стороны Шен казался кровавым пятном на темном фоне. Он присел подле воды и положил рядом с собою гребень, который случайно прихватил из дома Муана. Гребень ощущался вполне обыкновенным, но почему-то Шен пребывал в определенной уверенности, что его будет достаточно.

Он положил локти на согнутые колени и опер о них подбородок. Так он просидел довольно долго, наблюдая за размеренным покачиванием воды на ветру. Глаза постепенно закрывались, и когда его чуть было не сморил сон, водные пучины расступились, а из глубин выступила человеческая фигура.

Шен встрепенулся, во все глаза глядя на существо, отдаленно походящее на девушку. Она была полностью черна, словно обгорелая головешка. Черные волосы облепляли ее фигуру, глаза выделялись на общем неприглядном фоне и горели зеленым потусторонним огнем. Девушка сделала шаг к нему, и Шен неожиданно для себя почувствовал охватившую его сердце печаль.

Ему казалось, что этому чувству нет никакой подоплеки, и все же с каждым шагом, приближающим к нему девушку, он ощущал нарастающую в груди тоску. И когда она ступила на берег, Шен почувствовал, что по его щекам текут слезы.

Девушка подняла гребень и принялась расчесывать свои длинные черные волосы. Шен продолжал смотреть на нее, а его сердце разрывалось на части. Тогда она наклонилась к нему, дотронулась до его щеки почерневшей ладонью и пальцем стерла дорожку из слез.

— Не плачь, — нежно прошептала она. — Не плачь, все хорошо. Такова судьба.

Шен поднял руку и дотронулся до ее руки, прижимая ее ладонь к своей щеке. Черное существо перед ним печально улыбнулось, перехватило его руку и надело на палец колечко.