История злодейки

 — Взять тебя так просто… — слегка наклонил он голову, не отводя взгляда от моего лица, пока его пальцы добрались до ткани халата. — Ты вся в моей власти… — продолжал он, растягивая слова, чем заставлял кровь стыть в жилах. Почувствовав, как пояс на талии ослаб, я всхлипнула, и с губ сорвался дрожащий вздох. Захотелось зажмуриться, отстраниться, закричать, расплакаться или ударить его. Хоть что-нибудь…

Но в мыслях стучала паническая мысль, что, если отведу взгляд хоть на мгновение — проиграю.

И я смотрела. Смотрела в его пугающие, ненавистные глаза, от вида которых во снах порой вскакивала в постели. Смотрела, запрещая себе плакать, хотя глаза жгло огнем от потребности зарыдать здесь и сейчас. Смотрела даже тогда, когда воздуха стало не хватать, но я не могла заставить себя сделать вздох, боясь, что придется прикоснуться грудью к его одежде. Я смотрела… смотрела даже тогда, когда острый, отросший коготь, стал медленно рвать крючки на моем корсете.

Вскоре с тихим шелестом, который показался мне оглушающим, к моим ногам упали, и халат, и испорченный корсет, оставляя меня лишь в нижней сорочке и чулках, которые не успела переодеть перед сном.

— Костас тоже сильный, но его ты бы все равно смогла побороть, заставить отступиться, убежать… — низким с хрипотцой голосом, размышлял Ян вслух. — Но со мной… со мной ты не сможешь справиться. Не сможешь убежать и спрятаться. Тебе не спастись, если я решу взять тебя здесь и сейчас, — ласково улыбнулся он, прежде чем его ладонь опустилась на мое плечо, а большой палец погладил голую кожу, заставив вздрогнуть. Дыхание со свистом вырвалось сквозь зубы, заставив сделать судорожный вздох и вновь молча замереть, когда мысленно я кричала и умоляла его отстраниться.

Я чувствовала, как от ужаса немеют пальцы, как сводит болезненной судорогой мышцы и болезненно тянет живот в районе желудка, словно меня вот-вот стошнит от страха.

С разрывающим душу треском, стала медленно рваться ткань сорочки под несильным напором острого когтя, что слегка касался кожи. Я вжалась в стену и до боли прикусила язык, чтобы не закричать. Убийственной силой воли запретила себе отворачиваться и пытаться прикрыться.

Коготь спустился уже ниже ребер, но Ян так и не опустил взгляда, хотя я могла остаться полностью обнаженной лишь от одного неловкого движения или слишком резкого вздоха. Но он всматривался в мое лицо, ожидая моей реакции. Я видела появляющееся торжество в глубине его зрачка. Я видела, что он прекрасно знает и понимает, что сейчас со мной делает. Я видела…

Я поняла, что он лишь провоцирует. Он ждет, когда я сдамся, уже предвкушая не забаву надо мной, а то, как я в очередной раз проиграю, доказывая его правоту в моей слабости.

И дышать стало легче.