Злодейка требует тортик (СИ)

Она выбрала любовь, а не титул и богатства…. Она чудесная!

Краем глаза замечаю детей рядом с темным переулком. Тощие, грязные, просящие милостыню… Сердцу пронзила игла жалости и грусти. Бедные дети… Такая тяжелая судьба…

— Мама, — дергаю ее за рукав, привлекая внимание, и указываю на детей. — Может дадим им пару медяков.

Мама смотрит в указанную сторону, и на губах промелькнула грустная улыбка. Ей тоже было жалко детей. Стала рыться в сумочке.

— Конечно, подожди минуточку.

— Не стоит, — внезапно заговорила ее подруга, хмуро глядя в переулок. — Деньги отберут. Сразу. Знаю я этих. Бедные дети, не знают, что в переулке уже ловушка, во-о-он те мужчины в переулке сразу отберут у них деньги.

Мама замирает, задумчиво глядя на медяки на ладони. Я тоже, но лихорадочно обдумываю, как поступить…

— Может предупредить детей?

— Можно, но их догонят и отберут.

— Тогда… — задумчиво оглядываю улицу и замечаю тележку с продуктами. — Мам, а может просто купить еды? Ну, молока там, и хлеба и дать им? Они же съедят еду, и тем бандитам будет нечего отбирать!

Женщины переглядываются, и внезапно широко улыбнулись. Мама потрепала меня по макушку, а госпожа Ширил в уважением кивает.

— Надин, твоя дочь умна! Даже я бы не сообразила!

Я лишь с улыбкой бегу с монетками к лавке. Грузная тетка кривится, пересчитывая деньги, но выдает продукты. Ург помогает мне взять все три баночки и несколько буханок хлеба. Дети смотрят на меня со смесью страха, подозрения и… надежды, жадно пожирая взглядом хлеб в моих руках. Мои ровесники, но на тощие тела было тяжело смотреть без слез.

— Это вам, ребята! — протягиваю им хлеб, и, видя, как те в замешательстве смотрят на него, повысила голос. — Ну же! Хлеб не кусается!

Это подействовало, и через мгновение она жадно, стремительно поедали его. Ург лишь молча поставил рядом с каждым по бутылке молока, и настойчиво тянет меня за руку.

— Идемте, госпожа. Вам… — телохранитель не решается сказать то, что у него на уме. — Не стоит заставлять ждать вашу матушку.

Я лишь грустно усмехаюсь. Ург поступает правильно, уводя меня подальше от этих детей. Аристократы не должны уделять свое внимание подобные, но эти дети же ни в чем не виноваты! Жизнь порой жестока.

— С-спасибо… — оборачиваюсь на тихий голос. На меня смотрит самый высокий мальчишка, и я чувствую приятное тепло в груди. Делать добрые дела, и видеть настоящую благодарность — самая желанная награда для тех, кто помогает другим.

— Берегите себя. Да благословит вам Дева Мария и Отец Небес. И… — кивком указываю на темный переулок, понижая голос до шепота — …там стоят мужчины.

Мальчишка хмурится, но глубоко кланяется мне. хорошо, что хоть на землю не падает, иначе я бы совсем растерялась.