Злобный рыцарь (СИ)

Его взгляд упал на необычное надгробие в виде гранитной нотной тетради с завернувшимся листом, на которой косо лежала мраморная скрипка, и он пожал плечами - к чему такие изощрения?

- Вот мы и на месте, Константин Валерьевич.

Костя коротко глянул туда, где остановился синебородый, и тут же начал заинтересованно разглядывать росшие поблизости кипарисы.

- Константин Валеееерьевич!

Костя чертыхнулся, получил тычок от наставника и сердито подошел к Евдокиму Захаровичу, который, мягко улыбаясь, сделал представляющий жест на небольшую гранитную плиту, на которой вязью были высечены его имя и годы жизни и две банальнейшие на денисовский взгляд скрещенные розочки. Венчал композицию массивный гранитный крест, выглядевший каким-то сплющенным. На плите валялось несколько увядших цветов, а к кресту была прислонена фотография самого Денисова, улыбавшегося в объектив с легким сонным презрением. Костя не помнил этой фотографии, а вот костюм и галстук помнил, он не надевал их уже года полтора. В любом случае, это было лучше, чем то барахло, в котором его закопали.

- Небогато, - не без ехидства заметил Георгий, - я-то думал тебе водрузят обелиск или колонну, как вон у того типа, - он махнул рукой вправо на брутальное гранитное надгробие.

- С другой стороны, довольно неплохо, - Евдоким Захарович похлопал по руке Костю, вновь принявшегося изучать деревья вокруг. - Что такое, Константин Валерьевич, вас смущает ваше надгробие?

- Я не смущен, - буркнул Костя, - я в ужасе.

- Ну, по вам трудно отличить одно от другого. Хорошенько все запоминайте, а потом мы с Георгием Андреевичем останемся здесь, а вы вернетесь к воротам и попробуете найти вашу могилу самостоятельно. И сейчас я объясню вам, зачем.

- Я весь в предвкушении.

- В течении ближайших двадцати лет, - Евдоким Захарович двинулся по периметру могилы, старательно обозначая его развевающимися рукавами, - это место является для вас самым безопасным и самым губительным. Ни хранители, ни порождения, ни морты, ни даже бегуны не смогут причинить вам вред, пока вы находитесь, - он подобрал полы халата и одним прыжком оказался на гранитной плите, - здесь.

- Эй! - возмутился Костя. - А ну слезь оттуда!

- Это просто демонстрация, - примирительно отозвался синебородый, - не обижайтесь. А теперь встаньте на мое место. Не бойтесь, это же просто отпечаток!

- Я не собираюсь топтаться по своей могиле! И ты вали!

- Константин Валерьевич, прошу вас, давайте побыстрее с этим закончим, - представитель легко спрыгнул с плиты. Костя, поколебавшись, шагнул на его место, покачал головой и, опустившись на корточки, принялся разглядывать высеченную надпись.

- И что - прям вообще никто не сможет меня тронуть?

- Абсолютно никто, - закивал Евдоким Захарович.