Злобный рыцарь (СИ)

- Ну-ка, иди сюда!

- Не-а, - сказал отважный голос, после чего толпочка начала рокотать:

- Сам женщину сбил, а теперь орет! Я-то все видела!

- Тачек понапокупают дорогих, и думают им все можно!

- Надо милицию вызвать!

- Что толку - таким все равно все с рук сходит!

В этот момент из машины выпорхнула Ангелина, кутаясь в свое манто, оглядела сцену и сделала собственный вывод, следуя одной ей ведомой логике:

- Ой, Костик, это твоя знакомая?

- Бог миловал от таких знакомых! - буркнул Денисов. - Иди внутрь! Ну, в темпе!

Ангелина сердито передернула плечами и застучала каблучками по ступенькам, миновав бегущего вниз швейцара, которого сопровождал представитель ресторанной службы безопасности, похожий на оживший башенный кран.

- Добрый вечер, Константин Валерьевич!.. ох!.. А что случилось, Константин Валерьевич?!.. фффух!..

Костя широким жестом продемонстрировал свою машину, рыжий пуховик, который возился на асфальте, словно перевернутый жук, и свирепо спросил:

- Ну и какого черта?!

Швейцар, мгновенно разобравшийся в ситуации, запричитал:

- Так уже выбили разрешение, через два месяца парковку сделают!

- И что - мне от этого сейчас полегчать должно, что ли?! - Костя сплюнул, обошел пытающуюся встать женщину и направился к лестнице. - Не дай бог что еще с машиной сегодня случится...

- Мы приглядим за машиной, Константин Валерьевич! Не беспокойтесь, Константин Валерьевич! Все будет в порядке, Константин Валерьевич!

- Все уже не в порядке! - грохнул Костя, вступая в ресторанные двери.

В холле Ангелина вертелась перед огромным зеркалом, ища возможные изъяны в своем безупречном облике. Костя отдал пальто гардеробщику, который, подперши голову кулаком, хмуро смотрел в экран крошечного телевизора, тоже подошел к зеркалу и чуть пригладил на висках свои густые темные волосы, как и у отца пробитые ранней легкой сединой. Вначале его это приводило в раздражение - не больно-то здорово в столь молодом возрасте уже смахивать мастью на миттельшнауцера, но краской для волос Денисов так и не воспользовался, быстро убедившись, что не стал меньше нравиться женщинам. Седина добавляла импозантности его всегда безукоризненно элегантному внешнему виду, при этом удивительным образом не накидывая годов, выглядел он по-прежнему гораздо моложе своих тридцати шести, и Костя, ощущая, как недавнее бешенство постепенно сходит на нет, легко улыбнулся зеркальному двойнику, чьи глаза, серые с голубой искрой, смотрели уже почти спокойно. Поправил светлый воротник темно-голубой рубашки и чуть подтянул узел серебристо-белого с тройными серыми полосками галстука от Salvatore Ferragamo. Галстуки были Костиной слабостью, он покупал их постоянно и привозил из всех стран, где доводилось побывать, предпочитая, впрочем, конечно же, итальянские ручной работы.