Зло

— Игорь Андреевич, — скрипучим голосом начал тот, — вы прочли мою статью?

— Нет, Сергей Михайлович, — мужественно ответил Игорь.

— Но я же положил ее вам на стол.

— Я обозреватель, — вздохнул Игорь, — и не занимаюсь подготовкой материалов в номер. Это обязанность сотрудников отдела.

— Но я требую, чтобы вы ознакомились с ним.

— Позже, эти дни я очень занят.

— Что значит занят, мне восемьдесят лет, я ветеран прокуратуры!"

"— Со всем моим уважением к вашим заслугам я этого сделать в ближайшее время не смогу, прошу простить, но меня ждет главный.

Игорь попробовал пройти, но натолкнулся на литое плечо бывшего «важняка». Старик был в отличной форме, словно дискобол перед соревнованием.

— Извините, — повторил Анохин, — но через три минуты меня ждет главный.

— Вот и хорошо, пойдем к нему вместе.

— Как хотите, — обрадовался Анохин.

Главный был немало удивлен, когда в его кабинет вместе с обозревателем вломился надоевший всей редакции бывший прокурор.

— Извините, у нас очень серьезный разговор с Игорем Андреевичем, — сказал он, поднимаясь навстречу вошедшим и улыбаясь.

Улыбка была словно приклеена к доброму полному лицу шефа и предназначалась не Анохину, а славному ветерану прокуратуры.

— Мою статью никто не хочет читать, — сказал гость, удобно и, видимо, надолго устраиваясь в кресле.

— Вы не правы, вашу статью прочитали в отделе и доложили мне, что она требует серьезной доработки.

— А я, позвольте заметить, уверен, что статью зажимают специально, потому что я в ней отмечаю более высокую эффективность следственных действий в пятидесятых по сравнению с нынешним временем.

— Но эти действия были осуждены на ХХ съезде партии.

— Хрущев оказался некомпетентным, поэтому его и сняли.

— Давайте так сделаем, — сказал главный, — отправим вашу статью на отзыв в Институт государства и права.

— Нет, — возмутился бывший «важняк», — там одни евреи. Отправьте ее в НИИ прокуратуры.

— Замечательно, — облегченно вздохнул шеф, — так и сделаем. А сейчас у нас с Игорем Андреевичем конфиденциальный разговор.

Прокурор вылез из кресла и, что-то недовольно бурча, вышел за дверь.

— Игорь, — сказал главный, — с твоей статьей происходят таинственные превращения. Пресс-бюро КГБ дало в общем-то положительный отзыв, но прокуратура написала телегу страниц на пятнадцать. Есть один выход. Поезжай и завизируй ее у генерала Карпеца, после его подписи эмвэдэшники наверняка визу дадут.

— Шеф, — Игорь достал сигареты, — вы знаете, что я все понимаю. Ленинский штаб большевиков не желает выносить из избы ни крошки мусора, но за эту статью я борюсь, потому что от ее публикации зависит судьба честного опера, которого вполне могут определить на нары.