Зимний излом. Том 1. Из глубин

Вы слыхали про Сузу-Музу?

– Доводилось, – кардинал угнездил свою посудину в раскаленном песке. – А вспомнили ли вы, что доблестный Бурраз после вашей победы сменил казара? При Олларе он представлял сына Адгемара.

– Охотно верю, – от бессонных ночей и вправду тупеют, – но как это связано...

– Маршал, – вздохнул Его Высокопреосвященство, – прошу вас, не становитесь экстерриором, даже если Вускерда сбросят в Данар. Сколько времени займет путешествие из Олларии через Варасту, Сагранну и Западную Кагету к казарону Хаммаилу и обратно? Мог наш посол получить верительные грамоты ко дню коронации?

– Нет...

– Значит, их подделали, а кто подделал одну бумагу, подделает и другую, похожую на первую. Я бы спросил Бурраза-ло-Гаусхара о том, чьими услугами он воспользовался.

– Да, мы об этом не подумали. – Все лежит на поверхности, жаль только, что не просто смотреть, но и видеть дано не всем. – Благодарю Ваше Высокопреосвященство за совет.

– Не за что, – вежливо ответил клирик. – Признаться, у меня в последние дни было отвратительное настроение. Вы меня развлекли, так что я у вас в долгу, а надо сказать, я терпеть не могу быть кому-то обязанным. Поэтому я вас удивлю. Что вы скажете про посла Дриксен?

– Он заменил заболевшего дуайена. – Если тот, разумеется, заболел. – Его Величество был с ним весьма любезен и пожелал кесарю всяческих успехов.

– А что фок Глауберозе?

– Поблагодарил.

– Граф – отменный дипломат, вам следует брать с него пример, – посоветовал кардинал, прихватывая щипцами сосуд и шевеля им песок. – Да будет вам известно, вчера утром пришло известие из Метхенберг. Западный флот Готфрида разбит наголову, можно сказать, его вообще нет.

– Как? – не понял Иноходец. – При таком преимуществе?

– Святой Адриан не советовал принимать желаемое за действительное. – Чужой, навязчивый запах заполонил всю комнату, и лицо Левия стало еще более сосредоточенным. – Когда дриксенцы втянулись в бой с вышедшей навстречу эскадрой, в залив вошел Альмейда. Вижу, вы удивлены.

– Да, – хотя не так сильно, как могло бы быть.

– Один из дриксенских адмиралов, к слову сказать, ярый сторонник войны, счел уместным незамедлительно вернуться в Метхенберг. Если я не ошибаюсь, вам подобные люди попадались?

Тучи комаров над Ренквахой, липкая, жаркая духота и Кавендиш! Кавендиш, спасавший и спасший свою шкуру, а теперь восседающий за королевским столом.

– Да, – подтвердил Робер, – мне такие люди попадались.

– Мой вам совет – не оставляйте их за спиной ни на войне, ни тем более во времена, которые по недомыслию называют мирными. Кстати, – кардинал слегка передвинул сосуд, – что было в шкатулке, обнаруженной под рукой покойного Франциска Оллара?

– Обручальный браслет Октавии.