Зимние ходоки (СИ)

И когда, казалось, нам улыбнулось счастье, когда проходивший мимо отряд африканцев пригласил нас с собой — природа взяла и растоптала наши надежды…

Где-то здесь, по слухам, жили японцы, жило объединение африканцев с зулусами во главе, а ещё жили русские, про город которых ходили легенды. Но мы не добрались ни до старых врагов, ни до африканских знакомых, ни до мифических русских…

Мы выбрались к реке, пробивая глубокий снег, и застряли тут. Вот она — протоптанная в снегу дорога. Она ведёт на восток и на запад. Но мы не можем по ней идти, ведь её почти занесло, а нас догнали те жуткие твари, которые нападали на посёлки у озера.

Мы окопались вокруг холма с фортом, внутри которого было только три замёрзших тела. Окопались и вцепились в эту землю из последних сил…

Чья это дорога? Кому принадлежат замёрзшие трупы? Почему сейчас никто не чистит снег? Впрочем, я знаю ответы на эти вопросы. Бородачи в форте — русские. Они умерли, потому что не имели тёплой модификации для одежды. Я понял это, потому что трупы были голые. А почему дорогу к форту не чистят? Так это понятно. Жителям окрестных земель сейчас не до того, чтобы чистить дороги. Слишком холодно стало.

И в этой пустоши, посреди бесконечных равнин, мы все умрём. Слишком уж долго мы тянули с переселением… А я, возможно, умру очень скоро. Прямо на этой смотровой вышке, выискивая взглядом синих тварей, каждая из которых забирает с собой десяток жизней.

Те, кто тянулись вместе с нами, ещё подходили. Каждый день новая группа искала, где разбить лагерь. И каждый день кто-то умирал, перелетая далеко на северо-восток, где стояли их капсулы. Если, конечно, они успели накопить на репликацию… Я успел. Моя капсула находилась километров за триста от нашего лагеря. Но для меня оказаться в ней было равносильно смерти. Такая вот история… Короче, полная безнадёга…

— Ксин! — Вэлери тронула меня за руку, привлекая внимание.

Хорошая девушка, между прочим, хоть и из Австралии! Давно отвык от хороших европейцев, но они, оказываются, тоже бывают.

— Ксин, посмотри на запад!

Я лениво посмотрел на запад, стараясь разлепить заиндевевшие ресницы. И, оказалось, не зря! С высоты вышки, сквозь пургу и метель, я увидел каких-то людей. Они двигались плотной массой по той самой нечищеной дороге. Много людей! С животными! С какими-то повозками! С оружием в руках!

Впервые за последние дни в моей душе проснулась надежда. Ощущая, как она греет меня изнутри, я схватился за рог и начал трубить, пробуждая наш лагерь. Кем бы ни были эти люди — они несли нам надежду на будущее. Пусть даже они просто идут мимо! Но они расчистили дорогу! Дорогу к жизни. И теперь у нас есть шанс.

Глава 19

Однозначно печальная

Дневник Листова И. А.

Триста пятьдесят девятый день. Лагеря морозной смерти.