Зимнее Сердце (СИ)

Конечно же, он скучал по друзьям, оставшимся в большом мире. Но отличие в том, что у них-то были свои жизни. Пусть эгоистично, но Тони нравилось то, что он знает, что Наташа, Клинт и даже Локи всегда где-то рядом, когда они ему понадобятся. Здесь больше некуда было ходить, и поэтому они стали семьей, члены которой ладили по важным вопросам. Трудно жаловаться на тюрьму, когда Зимнее Сердце что-то в нем насытило, что-то, что очень долго голодало, а он этого и не замечал."

"Конечно, некоторые вещи до сих пор оставляли его голодным, подумал Тони, изучая парочку на другой стороне комнаты. От света камина, падающего на кремовое плечо, не скрытое одеялом, волосы Наташи пылали медью. Челюсть Клинта была жесткой линией решительности, пока он втыкал вилку в кусок холодного картофеля, хмурость, выраженная его поджатым губами, смягчилась, когда он сосредоточился. Потом он поднял взгляд и заметил, что Тони за ним наблюдает.

- Что такое, парень? - Клинт неловко потер щетинистую щеку.

- Ты девственник? - вопрос был настолько неожиданным, что глаза Наташи распахнулись, пронзая Тони одновременно испугано и заинтересовано. Зато Клинт покраснел.

- Я кое-что делал, - проворчал он. - До того, как оказался здесь. Очевидно же.

- Очевидно, - согласился Тони, глядя на любопытно нахмуренный взгляд Наташи. - Итак, в Зимнем Сердце никто не занимался сексом. Проверено.

- Ну, не то, чтобы мы не могли, - начал Клинт, стесняясь. - Но мы все были так…

- С тобой, - кратко поправила Наташа. Ее голос еще хрипел. - Мы с тобой. Никто не нуждался так сильно.

- Точно, - Клинт медлил. - Если только мы не были совершенно пьяны.

Тони отметил это на будущее.

- Значит, вы двое никогда…, - неясный взмах рукой продолжил за него.

Наташа нахмурилась.

- Я никогда не занималась сексом с Клинтом, - решительно сказала она. - Он мне нравится.

Тони вскинул брови. За этим определенно скрывалась какая-то история. Либо она поедает своих партнеров после секса. Учитывая, что это Наташа, то вполне возможно.

- Это мое проклятье, - уныло сообщил Клинт, половина картошки высунулась из его рта. Он сунул ее за щеку, как бурундук. - Я слишком милый, чтобы трахаться.

- Ага, это точно твоя проблема, - Тони улыбнулся поверх своих записей, вращая самодельную ручку между пальцами туда-обратно. - Если поможет, я не думаю, ты во всем милый. Соблазни меня.

- Ни за что, - отказался Клинт, доедая картошку. - Сколько тебе, пятьдесят?

Наташу добила оскорбленная гримаса Тони, и она расхохоталась, что привело к предсказуемому кашлю. Не то, чтобы его это беспокоило; серьезно, пятьдесят? Они оба могут катиться к черту. Ответив Клинту средним пальцем и получив обратно грязное подмигивание, Тони сложил свои записи и поднялся на ноги. Он не обязан обращать внимание на такое оскорбление.