Вы все жжете! Часть 2

Я так рада за них обоих. Особенно за свою подругу. Но и за Бернара тоже. Ему повезло — такая замечательная партия. И семья, в которую он входит, тоже замечательная.

Она так выразительно засияла улыбками, что если бы в бальном зале внезапно погасла половина светильников, этого бы никто не заметил. Но светильники не гасли, поэтому ее попытка поработать осветительным устройством осталась незамеченной.

— А разве не жена входит в семью мужа? — бросила Люсиль, даже не глядя на Вивиану.

Последние несколько минут она усиленно осматривала зал. Не иначе как искала Пьера-Луи. Но ни его, ни Шарля не было. Наверняка решили пропустить нудную торжественную часть, которая сейчас почти подошла к концу. Наш одногруппник, Франсуа Марсо, уже получил приз за своего перспективного бытового голема, какой-то причудливый артефакт, и сейчас довольно его изучал, засунув выданную грамоту под мышку. Бумага удерживалась только уголком, еще немного — и упадет на пол, после чего непременно будет затоптана. Какое неуважительное отношение к документу академии!

— Смотря какая семья у мужа, и какая у жены, — возразила Вивиана. — Согласись, что королевский казначей фигура значимая.

— Если будет сорить королевскими деньгами, назначая стипендии своему зятю, перестанет быть значимой фигурой, — заметила Люсиль. — Деньги-то он фактически себе перечисляет.

Вивиана зло поджала губы, явно продумывая неприятный для собеседницы ответ. Но тут подошла Соланж и восторженно защебетала, восхищаясь непревзойденным вкусом подруги, «выбравшей такое замечательное платье на ничем не примечательный бал». Колкость Люсиль была благополучно забыта, тем более что касалась она не самой Вивианы и даже не семьи Альвендуа, а до прочих смертных Вивиане дела не было. Впрочем, подруга тоже перестала обращать внимание на Альвендуа, потому что в дверях наконец появился Пьер-Луи. И Шарль. От входа они отошли недалеко, и было очень заметно, что приятель Люсиль в нерешительности: и к нам хочется подойти, и на глаза Вивиане не попасться, и друга не бросить в одиночестве. Шарль что-то ему говорил и успешно делал вид, что меня не видит, в то время как Пьер-Луи не отводил глаз от моей подруги. Нет, надолго его не хватит, скоро к нам присоединится.

Официальная часть закончилась, что ознаменовалась бурными радостными овациями и не менее бурными перемещениями по залу.

— Оу, уже все? — удивилась Соланж. — А я так хотела поздравить милого Бернара. Кстати, где он?

По ненатуральной улыбке стало понятно, что уж кого-кого, а ее точно давно просветили, и где Бернар, и что с ним. Стало ужасно обидно, что Альвендуа проворачивают свои мерзкие комбинации и не несут за них никакой ответственности. Подсунуть бы Антуану вторую дочь казначея, но, боюсь, это не в моих силах.