Жрец Хаоса. Книга III

Физическими упражнениями мне попросту некогда было заниматься.

И это мне ещё повезло, что на балу я должен был выполнять роль камер-юнкера в соответствии со своей дворцовой должностью, а значит, мне положен был служебный мундир. И лишь этот мундир должно было оттенить соответствующими роду и знатности украшениями и аксессуарами. Клянусь, меня даже под пытками бы не заставили разряжаться в рубашки с всевозможными изысками, вышивками и прочей мишурой.

Что удивительно, во всей женской суете участвовала в том числе и Юмэ — как воспитанница княгини, а также как представительница Японской империи. На момент начала всеобщего женского сумасшествия у неё тоже на руках оказалось именное приглашение, добытое уж не знаю, по каким каналам. Кстати, вспомнилась фраза кицунэ, когда она взяла с меня обещание быть её кавалером на именинах принца и проводить с ней как можно больше времени. От этого обещания я не отказывался, хоть после она мне уже дала все соответствующие клятвы и взялась учить.

Лишь однажды, по истечении полутора суток, я осторожно приблизился к девушке, которая изредка выходила в сад дышать свежим воздухом, и на расстоянии трёх метров поинтересовался:

— Юмэ, какова нынче твоя реакция на меня? Спрашиваю не из праздного любопытства, а исключительно из практических соображений. Предстоит ведь бал. И если мне не изменяет память, мы договаривались, что я возьмусь тебя на нём опекать.

Азиатка улыбнулась и сообщила:

— Скорее всего, к моменту бала я уже буду чувствовать себя рядом с тобой не словно в пыточных застенках, а вполне терпимо. И мне очень приятно, что ты не забыл об этой нашей договорённости.

В отношении Юмэ кстати пришёл неоднозначный приказ: ей запрещено было покидать особняк до именин принца, а на самом балу она должна была перейти под опеку кого-то из представителей рода Кагэро. Кицунэ такой расклад не сильно обрадовал, но выбирать не приходилось.

Во всей истерии бабушка всё же успела накануне бальной вакханалии провести все сделки по перепродаже активов Светловых, ранее предложенных нами старейшим патриархом из Чёрной Сотни. Таким образом, мы стали счастливыми обладателями… чуть более трёхсот тысяч рублей.

Меня же от чего-то обуревали сомнения и подозрения, что львиную долу этих доходов женщины спустят на бал. Но я не вмешивался — тем более что видел среди векселей, подписанных княгиней, векселя на имя Юматовых и документы на создание фонда больницы, из которого временно будут совершаться закупки всего необходимого и формироваться зарплатный фонд лекарей — пока больница не выйдет на полную окупаемость.

Однако же через сутки мне всё же пришлось вмешаться в женский шабаш.